На берегу ни души, только волны до самого горизонта да несколько кустиков травы. Парня что-то не видно. Но вот вдалеке я разглядел какие-то фигуры. Нет, это не он. По песку быстро шагал тощий, долговязый мужчина. Я видел его впервые. В белом костюме, в шикарных двухцветных туфлях. Следом за ним, стараясь не отставать, семенили две женщины. Я узнал их — одна провела ночь в этой комнате, другая обслуживала парня.
По сравнению с щегольским нарядом долговязого женщины выглядели простовато. В руках они держали по сумке — наверное, там лежала их ночная амуниция. Все трое быстро удалялись прочь и скоро растворились в солнечном сиянии. Казалось, их поглотили морские волны.
Я снова улегся в кровать и закурил. Вспомнилась вдруг сбежавшая жена. Потом стал думать о человеке, взявшем ее с двумя детьми. Попытался представить, кого же она избрала, так сказать, в спутники жизни после меня. Наверное, полную мою противоположность. Какое-нибудь живое воплощение надежности и стабильности, мужчину, твердо знающего, что почем, который никогда не свернет с проторенной дороги. Такому от жизни не нужно ничего, кроме мира да покоя. Можно было бы спросить у С., он наверняка знает, что за человек новый муж моей жены. Ну, узнаю я, а к чему мне это? Вечно с утра в голову лезут всякие дурацкие мысли.
Как мы проведем сегодняшний день? Удастся ли парню сохранить маску невозмутимого спокойствия? Купаться в озере, загорать на террасе, гулять с собакой, есть... Или он собирается провести последний день каким-нибудь особенным образом? Например, запрется у себя в комнате и будет глядеть в стену отрешенным взглядом.
А чем заняться мне? Не могу ли я что-нибудь для него сделать? Конечно, можно постараться и закатить роскошную трапезу, это само собой, но что еще? Если парень попросит свозить его сюда еще разок, я обязательно выполню его просьбу, будет на то указание С. или нет. Денег хватит. Тут хоть целыми днями кути, так быстро все не просадишь. В самый первый миг пробуждения, когда я только-только открыл глаза, мне вдруг подумалось: а что, если я просто хочу умереть? Может быть, все последние три года, нет, еще раньше, я в глубине души лишь этого и желал? Но теперь я решительно отвергаю эту мысль.
Зазвонил телефон. Я не спешил взять трубку. Это, наверное, хозяйка. Что ей надо в такой ранний час? Хочет попросить ключи от машины, чтобы перегнать ее на другую сторону двора? Или потребует, чтобы мы расплатились и выметались? Я думаю, за все про все, вместе со жратвой, двухсот тысяч иен будет более чем достаточно. Скорее всего, хочет договориться о плате.
Я затушил сигарету и поднял трубку. Хрипловатый женский голос сообщил, что соединяет с внешним телефоном — спрашивают меня. Это, несомненно, С. Но как он узнал, где мы? Да, это был он. Первым делом С.






