Они уселись рядом, Герман налил себе и своему новому приятелю по рюмке коньяка, и разговор про музыку увлек их, казалось, настолько, что больше им не стало дела ни до кого. Жанна заскучала, пошла гулять по квартире. Увидала, как играют дети в игровой своей комнате. Поиграла с ними немного. Пообщалась со своей троюродной сестрой. Потом наблюдала вереницу мужиков, которые выходили в подъезд на перекур – дядьки решили, что их слишком много никотинщиков для бабушкиной кухни. После перекура за ней увязался дядя Владик, потащился с ней на кухню, где настойчиво предлагал помочь ополовинить заветный чайничек. Она на этот раз не отказалась, они выпили, чокаясь чашками. Когда она вернулась в комнату, её муж как-то незаметно припьянел, странно контрастируя с совершенно трезвым Германом, улыбавшимся при разговоре одними губами. Гена восторженным голосом громко докладывал о том, что сам играл в музыкальном коллективе, он барабанщик, а его лучший друг Серёга – гитара.
– А какую крутую музыку мы играли! Настоящий рок! На школьных дискотеках мы были главной фишкой.
Судьба их раскидала, друзей музыкальных, но музыку он до сих пор просто обожает. Герман с усмешкой смотрел на быстро напившегося собеседника и искал глазами его жену. Вместо Жанны к нему подошла бабушка Нина и начала хвалить гостя за то, что тот остался на праздновании.
– Молодец, Герочка, молодец, мальчик, как хорошо, что ты пришёл, как чудесно, что остался. Покушал горячее? Очень вкусный бефстроганов, Гера! Принести тебе? Ну поговорите с Геночкой, познакомьтесь. Вы ведь родственники.
***
Заиграла медленная композиция, в девяностые годы очень популярная и проигрываемая повсеместно на любых дискотеках и встречах, певица Сэм Браун исполняла свою коронку под названием "Стоп".
– All that I have is all that you've given me, – полились созерцательные звуки культовой мелодии, и именно в этот момент Герман, пригласил Жанну, вернувшуюся в гостевую комнату, на медленный танец. Разрешения у мужа он не стал спрашивать, просто сообщил:
– Извини. Позже договорим.
Жанна не была красивой. Она была похожа на мальчишку в свои двадцать девять, у неё была короткая стрижка, стройное худенькое тело невысокого роста пропорционально сложенное и гибкое, напоминало поджарую фигуру кошачьих, ноги длинные, все женские округлости на месте, хоть и не сильно выдающиеся. Лицо у Жанны, в отличие от гармоничного тела, было не слишком гармонично. Сразу и зацепиться было не за что, разве что глаза – большие глаза её не потеряли еще своего нежно-голубого цвета. Девушка на первый взгляд не казалась слишком интересной. Но когда она двигалась, когда она говорила, когда она смеялась – включалось то самое обаяние, и кто подключался к нему, тому уже невозможно было смотреть на неё и не очароваться.






