ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Я росла в богатой семье, словно в золотой клетке, и быстро осознала, что главное – быть покорной. ... Когда я сидела на заднем сиденье лимузина, собираясь с духом перед очередным утомительным светским раутом, на место водителя забрался неизвестный юноша. Ему нужна была машина, и он украл ее со мной в придачу. Данте Галло выглядит как дикий зверь и ведет себя так же… Мы из разных миров, но наше влечение непреодолимо. Я бы рискнула ради этого парня всем, но одна чудовищная ночь, похоже, готова навсегда разрушить то, что было между нами. Забыть Данте невозможно, а судьба, словно насмехаясь, сталкивает нас снова… Но если он узнает о моем секрете, то не простит никогда. Смогу ли я сберечь его израненное сердце?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У парня светло-каштановые волосы, зеленые глаза, россыпь веснушек на лице и зубы, которые можно получить только у лучшего дантиста.

Я была влюблена в него в прошлом году, после нашей встречи на благотворительном вечере в Праге.

Но сегодня я замечаю, что на каблуках возвышаюсь над ним на дюйм. Жюль просто мальчишка в сравнении с Данте. Это относится ко всем собравшимся. Даже взрослые мужчины кажутся юнцами на его фоне.

И все же я улыбаюсь Жюлю в ответ и благодарю за напиток. Я никогда не забываю про этикет.

– Ты выглядишь… вау, – говорит парень, скользя взглядом по откровенному зеленому платью. Я сняла куртку и оставила ее в машине с Уилсоном.

– Спасибо, – отвечаю я.

В другое время я бы залилась краской и уже сожалела бы о своем выборе, окруженная девушками, словно сошедшими со страниц каталога Лилли Пулитцер[10] . Но сегодня я чувствую себя естественно. Я хорошо помню руки и губы Данте на своей коже, словно мое тело было самым обольстительным, что он когда-либо видел.

Благодаря ему я почувствовала себя возбуждающей. Желанной.

И мне это понравилось.

– Фернанд и Эмили тоже здесь. Присоединишься к нам за столиком? – спрашивает Жюль.

Он жестом указывает на пространство у сцены, где стоит два или три десятка столов, застеленных белыми скатертями, полностью сервированных и дополненных накрытыми пока корзинками для хлеба. Красота, да и только.

– Я… ой!

Я собиралась было ответить согласием, пока не заметила на краю лужайки очертания крупного тела, скрытого в тени. Даже не видя его лица, я тут же узнала этого Голиафа.

– Что такое? – спрашивает Жюль.

– Мне нужно в дамскую комнату, – выпаливаю я.

– Конечно. Это там, возле…

– Я найду! – отвечаю я.

Я спешу прочь от Жюля, оставляя того с озадаченным выражением лица.

Я не иду сразу к Данте, а поначалу направляюсь в сторону биотуалетов, затем сворачиваю в противоположном направлении. Проскользнув мимо амфитеатра, я углубляюсь в Миллениум-парк.

Я впервые самолично нарушаю правила.

Когда Данте угнал машину со мной, это от меня не зависело.

Я также не имела отношения ко взлому, когда парень возник в моей комнате. Ни в чем из этого меня нельзя было обвинить.

Но теперь я сознательно покинула вечеринку, чтобы встретиться в глубине парка с преступником. Это настолько на меня не похоже, что я не узнаю себя. Мне стоило бы сидеть за столом с Жюлем, попивая игристый яблочный напиток, как и полагается хорошим девочкам.

Но этого я совсем не хочу.

А тот, кого я хочу, сейчас преследует меня в тени деревьев. Я слышу позади его тяжелую поступь.

– Вы заблудились, мисс? – рычит он.

– Возможно, – развернувшись, отвечаю я.

Несмотря на то что я пришла сюда в поисках Данте, при виде него мое сердце едва не выпрыгивает из груди.

Я не подозревала, насколько он близко.