ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Иметь кровную связь с главой Королевских Гончих считается благословением, но для Темпест это проклятие, из-за которого она остается сиротой без гроша в кармане. Девушку отдают на попечение убийцам и воинам, призванным защищать королевство. ... Движимая гневом и клятвой отомстить за смерть своей матери, Темпест усиленно тренируется. Но стать первой девушкой-Гончей недостаточно. Теперь она должна заполучить сердце самого страшного врага королевства – Шута смертоносного оборотня, спрятавшегося в месте, окутанном мифами и тьмой. Месть никогда не достается легко, но Темпест готова пожертвовать всем, чтобы справедливость восторжествовала. Даже собственной душой или свободой… «Гончая» – ретеллинг «Белоснежки и Охотника», написанный в жанре эпического фэнтези. Это настоящее приключение, от которого невозможно оторваться. История Темпест о сердечной боли, мести и гордости увлекла меня с первой страницы», – Сильвия Мерседес, автор бестселлера «Хроники Венатрикс».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тэмпест улыбнулась и облокотилась на руку кицунэ, чтобы взять маленькую ручку Аспена в свою. Она не обратила внимания на то, как напрягся лис, и скрыла свое веселье из-за причиняемого ему дискомфорта. Она вторглась в его личное пространство, намеренно не сводя глаз с олененка. Теперь он прочувствовал это на себе.

Она улыбнулась олененку:

– Я сражалась со львом.

– Сольвом ?! – Мальчик ахнул. – Не с Оборотнем-львом, а…

– Нет, с самым настоящим львом, – возразила Тэмпест.

Она не сводила глаз с мальчика, в то время как Пайр внимательно всматривался в ее лицо.

– Он был страшным?

– О, очень.

– Он был сильным?

– Он чуть не оторвал мне руку одним взмахом лапы!

Тэмпест похлопала Пайра по руке, усиливая значение своих слов. Он же наблюдал за ее действиями с непроницаемым выражением лица.

Аспен казался напуганным, как будто это он сейчас столкнулся лицом к лицу со львом.

– Как тебе удалось сбежать?

Тэмпест печально улыбнулась.

– Я убила его. Я не хотела этого, но должна была. Мне хотелось, чтобы все обернулось иначе.

– Ты это слышал, Лис?! – вскричал Аспен, наклоняясь, чтобы посмотреть Пайру в лицо. – Она убила льва! – Он оглянулся на Тэмпест. – Какой ты Оборотень? Ты, должно быть, настолько сильная, что…

– Она не Оборотень, – сказал Пайр как раз в тот момент, когда Тэмпест сделала шаг или два назад в сторону, словно отвечая на вопрос. – Она не одна из нас.

Улыбка немного померкла, но Тэмпест все же не перестала улыбаться. Маленький Оборотень никогда бы даже не подумал, что обычный человек может одолеть льва. До того как ей это удалось, Тэмпест тоже не представляла, что такое возможно. Но это все равно задело и напомнило Тэмпест о том, чему ее учили в Дотэ.

Талаганцы считают себя лучше нас. Сильнее, умнее и быстрее. Мы превосходим их только в количестве.

Что ж, они неправы.

Тэмпест не могла винить Аспена за его вопрос. В конце концов, он всего лишь ребенок, а дети верили тому, что им говорили взрослые. Но именно резкий ответ Пайра по-настоящему задел ее за живое. Он заявлял, что ей внушали чужие убеждения, но не видел, что и сам такой же.

Аспен все еще смотрел на нее с благоговейным трепетом.

– Ты богиня? – спросил он без намека на сарказм. – У тебя волосы цвета неба.

Губы Пайра дрогнули, и Тэмпест вскинула палец.

– Не смей, – предупредила она.

Кицунэ разразился хохотом, откинув голову назад так резко, что мальчик соскользнул с его плеч.

Тэмпест рванула вперед и вовремя поймала его. Малыш прижался к ней, широко раскрыв глаза.

– Б-богиня? – с усмешкой переспросил Пайр, безутешный в своем веселье.

Тэмпест прижала сбитого с толку Аспена к груди, как будто мальчик мог каким-то образом защитить ее от язвительного неверия Пайра. Она погладила ребенка по уху и улыбнулась.

– Если ты считаешь меня богиней, то, возможно, так оно и есть.