Ты не можешь намекнуть ей, что это дикость?… Я вырезала для тебя интересное объявление из газеты: требуется консультант по сейсмической кибернетике… Я знаю, что ты в этом ничего не понимаешь, но ведь у тебя такая голова… Можно закончить какие-нибудь курсы… Сьюзен звонила вчера, у них все в порядке, если не считать, что Кэти в школе с гордостью заявила, что она „бастард", и теперь ее задразнивают до слез, а я вам всегда говорила, что оформить брак – это такой пустяк, который вполне можно сделать ради детей, даже если это пойдет на пользу гнилой морали прогнившего общества… На твою последнюю передачу пришло восемь писем – принести их тебе? Одна женщина пишет, что она всю жизнь была принципиальной противницей насилия и даже возглавляла Комитет по защите гнезд и птенцов, но, когда она слушает тебя по радио, она мечтает, чтобы кто-нибудь когда-нибудь взял этого джентльмена покрепче сахарными щипчиками за язык, вытянул бы язык подальше, налил бы на него жидкого мыла марки „Эра-плюс" и хорошенько отдраил бы проволочной мочалкой». Телефон звонил. Над телефоном на стене сияли три медных кольца. Дрожащие стрелки внутри них вот уже много лет каждый день обещали бурю, жару и нестерпимую влажность. Дальше шли фотографии мальчиков в широких кепках. Запыленное перо из хвоста павлина. Коврик с вязаной картой Италии. Зеркальце в рамке. Желтые кленовые листья, засушенные во время короткого перерыва между двумя мировыми войнами. Доска с рельефом, изображающим длинногрудую африканку. Два дуэльных пистолета. Рекламный плакат кинофильма, прорвавшего звуковой барьер. Телефон звонил. Антон наконец догадался, кто это был. Старый хрыч Симпсон – адвокат жены-4. Только он мог вынюхать, выспросить, выгрызть у кого-то этот номер телефона, который они с тещей-3 держали в тайне от всех. Только у него хватило бы терпения не вешать трубку так долго. Что ему может быть нужно? Добавить новую кабальную статью в условия развода? Увеличить алименты? Как будто он не знал, что тут взять уже нечего, что тут косточки обсосаны и хрящики съедены. Но Симпсон потому, видимо, и был лучшим разводным адвокатом во всем графстве, что умел идти по следу намеченной жертвы с волчьим упорством. Нет, он не просто отстаивал интересы своей клиентки – он карал порок. Самый страшный человеческий порок – жажду счастливых перемен. Справедливое возмездие за ненасытность воплощал собой старик Симпсон. Казалось порой, что настоящей его целью было задушить в корне само желание впредь жениться, заводить детей, покупать дома, иметь деньги. Не нес ли он кару за отступничество от всего того, что было заповедано нам уже две тысячи лет назад, в проповеди на небольшой палестинской горе? Он был так фанатичен и безжалостен, что порой работал без гонорара. Звонил телефон.

Об этой истории
«Седьмая жена» – пожалуй, самый увлекательный роман Ефимова. Это удивительный сплав жанров – философского и приключенческого. Темп, и событийная насыщенность боевика соединены с точным и мудро-ироничным пониманием психологии отношений Мужчины с Женщинами. Американцы и русские, миллионеры и люмпены, интеллигенты и террористы, и в центре герой – муж семи жен, гений страхового бизнеса Антон Себеж, отправляющийся в смертельно опасное путешествие за своей дочерью. Седьмая жена Игорь Маркович Ефимов «Седьмая жена» – пожалуй, самый увлекательный роман Ефимова. Это удивительный сплав жанров – философского и приключенческого. Темп, и событийная насыщенность боевика соединены с точным и мудро-ироничным пониманием психологии отношений Мужчины с Женщинами. Американцы и русские, миллионеры и люмпены, интеллигенты и террористы, и в центре герой – муж семи жен, гений страхового бизнеса Антон Себеж, отправляющийся в смертельно опасное путешествие за своей дочерью. Марине, Марине, Лене, Наташе Автор заверяет читателя, что все персонажи этого романа вымышлены, все совпадения сюжетных и жизненных ситуаций – случайны, всякое сходство характеров – непреднамеренно. Он также считает своим долгом предупредить, что в тексте будут встречаться небольшие заимствования из других произведений, не выходящие – как он надеется – за рамки принятых в литературе правил и приличий. В скрытом и в явном виде цитируются: «Курс русской истории» Василия Ключевского; «Путешествие в Россию в 1839 году» маркиза де Кюсти





