Часть 1 Глава 7
Часть 1 Глава 7
Глава 7
18 января 1936 года. Москва. Кремль. Рабочий кабинет Сталина.
Сталин закурил трубку и молча посмотрел на снег, падающий большими хлопьями за окном. В приемной ждал вызова сокращенный состав политбюро. «Сокращенный…» — пронеслось у него в голове. Смешно сказать, теперь, после прочитанного в той папке, что передал ему Тухачевский, он не мог верить даже всему ближнему кругу. «Дожил». Он встал и прошел во вторую комнату с временной библиотекой. Закрыл глаза и провел пальцами по корешкам книг. В комнате было тихо и спокойно. А свежий морозный воздух бодрил и развевал сон. Не хотелось вообще связываться с этим делом, но, «кто кроме него?» Поэтому нужно было начинать собрание.
В обычной обстановке Иосиф Виссарионович не вынес бы столь щекотливый вопрос на обсуждение ближнего круга, но сейчас, когда остро встал вопрос о заговоре, ему нужно было заручиться поддержкой своих людей. Проявить уважение к их мнению, а заодно и понаблюдать за поведением. Мало ли кто начнет нервничать.
— Товарищи, — тихо начал Сталин, после того, как члены сокращенный состав Политбюро заняли свои места за столом, — всем вам известно, что двадцать первого декабря ко мне приходил товарищ Тухачевский. Судя по тому, что через несколько дней на него было совершено покушение, какие-то крохи сведений о том, что поведал мне самый молодой маршал Рабоче-крестьянской красной армии, вам должны быть тоже известны. — Сталин вопросительно взглянул на собравшихся, но все сохранили спокойствие.
Затянулась пауза, которую решил прекратить Молотов.
— Лично мне, как и многим, был известен только сам факт разговора и то, что присутствующий при нем товарищ Ворошилов вышел из вашего кабинета в хорошем настроении, чего обычно не бывало. Из этого строились самые разнообразные выводы, но все они лишь домыслы, — остальные присутствующие закивали, соглашаясь, кроме Ворошилова, который недовольно скривился. Ему не понравилась мысль о том, что именно он спровоцировал роспуск слухов. Но успокоился, когда заметил довольную улыбку, промелькнувшей на лице Сталина. Климент Ефремович догадался, что тот рассчитывал именно на такой ход событий, значит все было сделано правильно.
— Давайте прекратим эти гадания, по крайней мере, в нашем тесном коллективе. — Сталин был спокоен и серьезен. — Товарищ Тухачевский сообщил нам очень важные сведения о том, что печально известная нам «объединенная оппозиция» не только не стали достоянием истории, но и нашли свое продолжение. — Все присутствующие сильно напряглись. — Несмотря на свое изгнание, Иудушка[1] продолжает пытаться взять реванш и добиться возвращения курса партии в старое русло.






