Часть 2 Глава 7
Часть 2 Глава 7
Глава 7
5 мая 1936 года. Москва. Кремль. Кабинет Сталина.
Раздался стук в дверь, после которого заглянул Поскребышев.
— Товарищ Сталин, — сказал он, — к вам товарищ Берия с докладом, как вы и просили.
— Хорошо. Пусть войдет, — кивнул Иосиф Виссарионович, и устало потер виски. И восьмичасовой рабочий день, и, хотя бы один выходной в неделю казались для него мечтой… такой далекой и недоступной.
Спокойным, уверенным шагом вошел Лаврентий, к которому с каждым днем Сталин начинал привыкать все больше и больше. Умный, аккуратный в оценках, исполнительный… и преданный человек. Таких бойцов у него было мало, слишком мало.
— Товарищ Сталин, обобщенные материалы по делу «Рой», — кивнул Берия на пухлую картонную папку с бумагами, которую держал в руках.
— Что-нибудь новое выяснили? — Спросил Хозяин.
— Да. — Слегка замялся Лаврентий. — Мы завершили предварительное обобщение материалов и пришли к выводу, что очень многие из фигурантов используются вслепую. Кое-кто оказался врагом, пробравшимся в партийные ряды, но намного больше выявилось других — введенных в заблуждение, либо страдающих от избытка нереализованных амбиций.
— Вот как? — Удивленно поднял брови Сталин. — Так получается, что Тухачевский соврал своим партийным товарищам?
— Мы внимательно изучали его доклад и можем твердо сказать, что он не врал. Кое-где всплывали несколько неточные формулировки, но это вполне объяснимо отсутствием у него опыта работы в НКВД. Но в целом картина, обрисованная им, правильная. На текущий момент мы смогли выявить среди руководства Советского Союза в целом и в РККА в частности несколько обособленных фракций. Но их интересы противоречивы настолько, что выступить одним фронтом эти группы не в состоянии. У них нет никакого связующего звена. Единственный шанс, который смог бы устроить всех в той или иной мере — это озвученный объектом «Бонапарт» вариант Термидорианского переворота. И он был вполне реален. Но даже если мы и смогли бы его избежать, предприняв жесткие и решительные меры, то это все равно очень сильно ослабило бы Советский Союз.
— У этих фракций есть какая-нибудь идеологическая платформа?
— Нет. У каждой фракции были и остаются только свои интересы, которые они последовательно продвигают. Но чувство страха их очень хорошо сплотило бы, хотя бы на время. Именно на это и делался расчет «Тенью». Военный переворот и смещение законной власти в случае успеха не только спасало их от смерти, но и давало определенные перспективы. Совершенно точно можно сказать, что объект «Тень» предпринял бы ряд популистских шагов. Например, вполне мог вернуть порядки времен НЭПа и отменить коллективизацию на селе, что привело к серьезной его поддержке со стороны крестьян.






