ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Здесь будет третья книга. Пока только займу место, а сам текст чуть позже. Но будет обязательно. Цесаревич Вася – 3 Сергей Шкенев Здесь будет третья книга. Пока только займу место, а сам текст чуть позже. Но будет обязательно. От автора От автора Сергей Шкенёв «Цесаревич Вася Книга 3» От автора: Не знаю, нужно или нет напоминать о произошедших в предыдущих двух книгах событиях, но всё равно на всякий случай напомню. Если вам это не интересно, то просто пропустите эти страницы и не тратьте на них драгоценное время. До Крымской войны история этого мира ничем не отличалась от истории нашего мира, и шла по накатанной колее. Осада Севастополя, битва при Альме, затопление русского флота… Но случилось так, что всё изменилось в один день — командир французского пароходо-фрегата из озорства и присущей этой нации легкомысленности приказал сделать залп из восьми двадцатичетырёхфунтовых орудий по громадине Кара-Дага. Просто так, без всякой цели и всякого смысла, только лишь исходя от желания. Чугунные ядра ударили в древние камни, частью раскололись, частью взорвались, а частью бессильно отскочили, и удовлетворённые французы отправились дальше. И никто не ведал, как из образовавшейся микроскопической трещины на волю из недр потухшего вулкана стала сочиться неведомая и невидимая субстанция. Газ или не газ, эфир или не эфир… Позднее её и назовут источником эфирной энергии. Так в мир пришла магия. Русские войска в Севастополе первыми обнаружили в себе новые способности. Потом, когда источни

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Правда, у Леопольда Баварского было искушение поставить в первую линию тирольцев, хорватов и венгров, но, по здравому размышлению, он отказался от этой идеи из-за возможных репутационных потерь.

Вроде бы тоже европейцы и даже католики. Поэтому Леопольд двинул армию через границу, но в бои пока ввязываться не планировал. Тем более нужны будут гарнизоны в оккупированных городах, и никто кроме природных немцев лучше не справится с трудной задачей сбора трофеев.

Впрочем, баварцы перешли границу на самом юге Франции, а здесь, на севере Португалии, верховодят американцы и отчасти англичане.

Но вот, наконец, танковая армада преодолела все трудности, и вышла на оперативный простор. Почти вышла — осталось совсем чуть-чуть, и мощнейший бронированный кулак из четырёхсот машин разделится на восемь отрядов по полусотне в каждом, и те отправятся каждый к своей цели. На сегодня запланировано вклиниться на испанскую территорию от тридцати до сорока миль. Можно бы и больше, но чёртова пехота топает на своих двоих и сильно устаёт. И на вдумчивое ограбление нужно оставить хоть немного времени.

У капитана Савельева, а в русской армии капитан есть чин немалый, под командованием дивизион, состоящий из двенадцати трёхдюймовых орудий, и двенадцати стопятимиллиметровых. Так-то предел для сухопутной артиллерии в восемьдесят восемь миллиметров, но Георгию Васильевичу повезло, и он получил переставленные на лафеты морские пушки с миноносцев, и соответствующие снаряды к ним. А там только при взгляде сердце радуется — кроме фугасных, есть и осколочные, и бронебойные, и даже какие-то бронепрожигающие, про которые только слышал немало, но самому использовать ещё не приходилось. Да, что есть, то есть, с морскими пушками удача невероятная образовалась.

Все позиции тщательно замаскированы, и оборудованы запасные, на которые настоятельно рекомендуется перебазироваться после пяти-шести выстрелов. Всё же противник не беззащитный, у него кроме двух дюймов лобовой брони и пушки полуторадюймовые есть в башнях, и крупнокалиберные пулемёты Браунинга. При удачном попадании мало не покажется. Запасные позиции соединены между собой ходами сообщения, достаточно широкими, чтобы прошли орудия. Толкать и таскать их будет приданная для охраны пехота, по два взвода на каждую пушку. Шестьдесят человек и на руках утащат куда угодно, а тут всего лишь перекатить с места на место по ровной поверхности.

— Я не опоздал, Георгий Васильевич?

Савельев обернулся. Лётчик, утром приземлившийся с парашютом со сбитого самолёта, имел слегка припухшую физиономию и весьма решительный вид. В руке он сжимал пистолет.

— В самый раз, Дмитрий Денисович.