Но оставить город оказалось не так просто. Я искала предлог задержаться здесь и поехала на квартиру к Светке. Прошлась по комнате, встала у окна. «Имя, твое истинное имя знаю только я», — прочитала вслух. Она знала, кто он, и заплатила жизнью. Как их пути пересеклись вновь, я вряд ли узнаю. «Надо вернуть ключи ее матери», — решила я. Но вместо того, чтобы отправиться к Валентине Ивановне, легла на диван, разглядывала потолок и думала о Светке, о Ковалеве и о себе. А еще с горечью о том, что теперь никогда не смогу грустить о Валерке, фантазировать, мечтать, как мы вдруг встретимся где-нибудь, когда-нибудь. Я даже лица его не могла теперь представить, вместо лица — звериный оскал и запах крови.
— Придется мне это пережить, — вздохнула я. Но все эти мысли перебивали его слова, которые я слышала вновь и вновь: «Ты поймешь, что ошиблась». Да я бы свою жизнь отдала, чтобы ошибиться!
Не знаю, как долго я оставалась бы на диване, но из оцепенения меня вывел звонок на мобильный. Я взглянула на номер и слегка удивилась.
— Ты еще в городе? — спросил знакомый голос. — Немедленно уезжай. И будь очень осторожна. На некоторое время тебе лучше исчезнуть.
— Что случилось? — стараясь быть спокойной, спросила я.
— Он сбежал.
— Сбежал? — В моем голосе было столько удивления, что Павел Иванович, должно быть, подумал: я решила, будто он меня разыгрывает.
— Он очень ловкий, сукин сын. Немедленно уезжай. Это приказ.
Я захлопнула крышку телефона и взглянула на часы. «Ключи вернуть я обязана», — после минутного колебания решила я и направилась к двери. На ходу позвонила Валентине Ивановне.
— Я хотела бы вернуть вам ключи. Можно я сегодня приеду?
— Конечно, Ланочка. — Кажется, она что-то хотела спросить, но передумала.
Через полчаса я покинула город, увидела заправку и свернула. Притормозила и пошла к кассе. Расплатилась, а когда подходила к бензоколонке, из-за нее вывернул парень в оранжевой куртке и бейсболке и задел меня плечом, я дернула головой в сторону, уже сообразив, что произошло, но ничего сделать не успела. И отключилась. Те, кто был рядом, вряд ли что поняли. Мужчина открыл дверь машины и помог мне сесть. Потом сел сам. Обычная сценка, ничем не примечательная.
…Я очнулась и сразу открыла глаза. Чувство было такое, точно я вынырнула из глубокого темного колодца, и тут же вспомнила все. И похолодела от ужаса. Я попробовала пошевелиться. Руки и ноги у меня связаны. И не просто связаны — я не могла пошевелить ими. Я лежу на каком-то длинном столе из металла. Он успел нагреться от моего тела, значит, я здесь уже долго.
Я попыталась приподнять голову, и тут же вспыхнула лампочка прямо над моим лицом, ослепив меня на мгновение. Я зажмурилась, а когда вновь открыла глаза, поняла, что рядом кто-то есть.
— Очнулась? — спросил Ковалев.






