ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На окраине Петербурга есть детский дом. Там живут те, для кого не нашлось места в нормальном мире, и они учатся выживать в своем. Иногда веселом, иногда жестоком. Единственная их отдушина — это чердачное помещение, где можно собраться после уроков. Но вскоре его закрывают по вине неизвестного «стукача». На предателя объявляют охоту. Однако это лишь начало запутанной истории с неожиданными поворотами событий… Стая Дикон Шерола На окраине Петербурга есть детский дом. Там живут те, для кого не нашлось места в нормальном мире, и они учатся выживать в своем. Иногда веселом, иногда жестоком. Единственная их отдушина — это чердачное помещение, где можно собраться после уроков. Но вскоре его закрывают по вине неизвестного «стукача». На предателя объявляют охоту. Однако это лишь начало запутанной истории с неожиданными поворотами событий… Глава I Глава I В каком бы веке мы ни жили, гражданством какой страны бы ни обладали, какую бы религию ни исповедовали — все это не в силах изменить факт, что люди делятся на счастливчиков, кому жизнь дает все с самого начала, и на упорных, которые всего достигают постепенно. Но встречаются и такие, кому жизнь не то что ничего не предоставила, напротив — еще и забрала то немногое, что дается новорожденному. В документах, подтверждающих наше появление на свет, не ставятся пометки, какой из младенцев в итоге окажется счастливым. Мы сами вершим свою судьбу. Вот только линия старта у всех нас выглядит по-разному… Линия старта этих детей проходила через с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Что, давно не огребал?

Виктор осклабился, обводя своих врагов испепеляющим взглядом:

— Осторожнее, девочки! Койота может и не оказаться рядом.

Вот только Диму такое заявление, казалось, еще больше раззадорило. Он заметил, как Милана приостановилась, с интересом наблюдая за стычкой, поэтому нарочито громко поинтересовался:

— А что ты нам сделаешь? Ударишь? Убьешь? Обычно все заканчивается словами, так что… Кто из нас еще девочка, Вика?

В ту же минуту Виктор переменился в лице. В один прыжок он оказался подле Димы и наверняка ударил бы его, если бы в коридоре не появились два воспитателя. Они возвращались с собрания, когда заметили, что подростки ведут себя как-то странно.

— Это что здесь происходит? — рявкнул Николай Иванович. Его взгляд, больше подходящий надсмотрщику в тюрьме, нежели наставнику, внимательно скользнул по собравшимся. Бывший военный, отправленный в отставку из-за ранения, теперь занимался тем, что преимущественно следил за порядком. Будучи высоким и широкоплечим, он с легкостью нагонял страх на тех, кто не желал вести себя по правилам, поэтому среди воспитателей ценился крайне высоко.

С появлением мужчин в коридоре на миг воцарилось молчание, и подростки принялись делать вид, что всего лишь невинно общаются. Олег незаметно спрятал нож, боясь, как бы его не лишили очередного классного предмета для коллекции, а Виктор отступил на пару шагов назад, прикидываясь совершенно равнодушным.

— Да мы о музыке разговариваем, Николай Иванович, — произнес Дима, решив, что это уже его работа — отвадить воспитателя.

— С такими мордами, что вот-вот порвете друг друга?

— Разные музыкальные пристрастия еще не до того доводили…

— Ты у меня договоришься. Расходитесь. Вам что, мало задано на завтра? Вы смотрите, я поговорю с учителями, и они быстро это исправят.

Олег поднял руки, словно желая сдаться, и первым направился в спальную комнату. Следом за ним направились его друзья. Однако в тот же миг Дима почувствовал, как стальные пальцы Виктора больно вцепились ему в локоть, заставляя задержаться.

— Не радуйся, тварь. Чуть позже мы вернемся к этому разговору, — прошипел сквозь зубы Виктор и криво ухмыльнулся. Громко свою угрозу он озвучивать не посмел. Парень предпочитал не нарываться лишний раз, зля воспитателей, потому что ему уже несколько раз грозили колонией для несовершеннолетних.

— Расходитесь, я сказал! — снова рявкнул воспитатель, и тогда Дима раздраженно вырвал руку из цепких пальцев Виктора, после чего молча последовал за своими друзьями.

Вернувшись в спальную комнату, Койот залез с ботинками на свою кровать и оглядел собравшихся вокруг себя.

— Совсем больной? — со смехом произнес он, обратившись к Сенатору. — Раньше из тебя клещами слова было не вытащить, а сегодня прям не заткнуть.