ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На окраине Петербурга есть детский дом. Там живут те, для кого не нашлось места в нормальном мире, и они учатся выживать в своем. Иногда веселом, иногда жестоком. Единственная их отдушина — это чердачное помещение, где можно собраться после уроков. Но вскоре его закрывают по вине неизвестного «стукача». На предателя объявляют охоту. Однако это лишь начало запутанной истории с неожиданными поворотами событий… Стая Дикон Шерола На окраине Петербурга есть детский дом. Там живут те, для кого не нашлось места в нормальном мире, и они учатся выживать в своем. Иногда веселом, иногда жестоком. Единственная их отдушина — это чердачное помещение, где можно собраться после уроков. Но вскоре его закрывают по вине неизвестного «стукача». На предателя объявляют охоту. Однако это лишь начало запутанной истории с неожиданными поворотами событий… Глава I Глава I В каком бы веке мы ни жили, гражданством какой страны бы ни обладали, какую бы религию ни исповедовали — все это не в силах изменить факт, что люди делятся на счастливчиков, кому жизнь дает все с самого начала, и на упорных, которые всего достигают постепенно. Но встречаются и такие, кому жизнь не то что ничего не предоставила, напротив — еще и забрала то немногое, что дается новорожденному. В документах, подтверждающих наше появление на свет, не ставятся пометки, какой из младенцев в итоге окажется счастливым. Мы сами вершим свою судьбу. Вот только линия старта у всех нас выглядит по-разному… Линия старта этих детей проходила через с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Думаешь, когда эти козлы тебя подловят в туалете, они с тобой разговаривать будут? Набьют тебе морду, сунут башкой в унитаз, и на этом все твои понты закончатся. Тоже мне, орел хренов.

— Да ничего они мне не сделают, — сухо ответил Дима. Однако теперь его голос звучал далеко не так уверенно, и Олег снова хохотнул.

— Ну идиот… — протянул он, доставая из кармана пачку сигарет. — Ладно, я вот что хотел сказать. У Миланки через два дня день рождения, мне надо ей подарок придумать. Такой, чтобы с ходу офигела.

— Подари цветы. Сейчас в парке можно вообще на халяву надрать, — предложил Иван.

— Ты глухой? — Олег с досадой посмотрел на друга. — Я хочу, чтобы она офигела от того, какой подарок крутой, а не какой у нее парень жмот.

— Сколько у тебя денег-то? — вяло поинтересовался Дима, все еще думая о том, как теперь ему разруливать ситуацию с Виктором. Настроение было поганым, однако парень все-таки решил попытаться переключиться.

— В том-то и проблема, что нисколько. Думал, что хотя бы в карты выиграть смогу, а в этот раз другие мужики играли, и я пролетел на целых два косаря. Так и не отыгрался.

— У меня у самого максимум косарь, — с этими словами Дима спрыгнул с подоконника и вручил другу свои последние деньги.

— У меня двести пятьдесят осталось, — добавил Рома, вытаскивая из кармана скомканные купюры.

— А у меня вообще ничего. Вот сотка, и ни в чем себе не отказывайте, — Игорь нехотя протянул Олегу свои деньги. О том, что еще несколько сотен спрятано в матраце его кровати, парень рассказывать не стал. Он вообще не понимал, почему должен отдавать свои накопления на подарок девке, которая еще несколько месяцев назад жестоко высмеивала его.

До того, как его взяли в «стаю», Игорь был ничем не лучше забитого Артема. Раньше он находился в компании Виктора, где воспринимался не иначе как «жиробас», которого держали в тусовке лишь для того, чтобы под рукой всегда находился тот, на ком можно сорвать свое хорошее или не очень настроение.

В то время Игорь был еще более упитанным и к тому же сильно прыщавым, отчего его шансы хоть немного улучшить репутацию сводились к нулю. Подле Виктора он находился в относительной безопасности хотя бы от других парней, поэтому молча сносил все унижения от своего предводителя. Вскоре Игорь понял, что, если Виктору постоянно поставлять новую жертву, его собственная жизнь может показаться не столь беспросветной, отчего парень изо всех сил старался переключить внимание прежнего вожака на Артема. Именно поэтому «Ботан», «Очкастый» или «Отстой» ненавидел Игоря даже больше самого Виктора.

Игорь носил прозвище Енот и объяснял это тем, что он такой же хитрый и очаровательный.