ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Она вырвалась! Лилиан Сандерс пережила ад детства и предательство мужа, чтобы наконец дышать полной грудью. Она вылепила себя заново: с любимой кружкой кофе, домашней библиотекой, непоколебимым самоуважением и работой, которая, хоть и не мечта, но опора. Ее жизнь – не идеал, но ее личный, выстраданный баланс. ... И тут – Теодор Макдейл. Новый шеф. Опасный. Сексуальный. И... будто из давнего сна. Он смотрит на нее так, что забываются все шутки. Тянется к ней так, что трещит броня, защищающая хрупкое сердце. Он манит, но Лили в ужасе: "Нет! Только не снова!" Ведь ее интуиция шепчет: он знает то, чего она не помнит. Он хранит тайну, способную разрушить мир Лилиан. Тайну, корни которой уходят в самую мрачную часть ее прошлого. Когда маски спадут, Лилиан поймет: новая любовь может оказаться самым жестоким продолжением старой боли... или ключом к освобождению? Готова ли она узнать правду?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отец Тео сильно постарел с того фото, у него больше нет ни одной рыжей прядки, но все равно в этом мужчине чувствуется стержень и бесконечная любовь к миниатюрной брюнетке рядом, которая смотрит на меня таким взглядом, будто я ее давно потерянная дочь.

– Ну, здравствуй, девочка, – говорит миссис Макдейл, растроганно всхлипывая и заключая меня в слишком крепкие для такой хрупкой маленькой женщины объятия – Мы так тебе рады!

Я растерянно моргаю. Чего?

– И я… – я прокашливаю голос – Я тоже рада, миссис Макдейл – сиплю в ответ.

– Чушь! – вдруг прикрикивает она безапелляционным тоном – Джиллиан и никак иначе! Зря что ли мой косметолог трудится над этим, – она обводит свое лицо рукой и озорно подмигивает мне.

Я мгновенно расслабляюсь.

– Хорошо, Джиллиан, – с робкой улыбкой отвечаю ей.

Поворачиваюсь к отцу Тео и легкость сдувает с моего лица. Он смотрит на меня тяжелым взглядом и не надо быть гением, чтобы понять, что он там видит.

– Мистер Макдейл, – говорю я тихо – Рада познакомиться.

Он резко шагает ко мне и у меня хватает выдержки не отшатнуться. Отец Тео заключает меня в объятия с прытью бодрого медведя, примерно таким же жестом, как это обычно делает его сын.

– Добро пожаловать домой, девочка, – произносит отец Тео и я вижу печаль в его глазах.

Как бы мне хотелось помочь этому человеку пережить его боль, но эта задача сугубо индивидуального характера, увы. Однако, встроенный индикатор эмпатии не дает придержать мой болтливый язык.

– Мистер Макдейл, – говорю я, когда он отстраняется – Мне… жаль. – выговариваю я.

– Да, девочка, мне тоже, – он мгновенно понимает, о чем я – Я говорю обо всём, – и теперь настает моя очередь считать оставленное между строк.

Ужин с этой семьей похож на какой-то кинематографичный вечер у камина в век будуаров. С ними очень комфортно, а после того, как мы выяснили, что у нас с Джиллиан абсолютно идентичные вкусы на литературу, мужчины нас и вовсе перестали интересовать. Джилл пытала меня на предмет новых релизов и продолжений еще не законченных циклов, спорила со мной по поводу Кингфишера14 и Ксейдена Риорсона, а потом доказывала, что Джуд Дуарте15 гораздо интереснее, чем Фейра16 , но очень уступает Несте17 . Я с ней была в корне не согласна, но сама не верила своему счастью, что эта женщина – вот такая. Не удивительно, что её муж готов на руках носить. Ходячий пауэрбанк, а не человек. И как он мог ей изменить? Надо будет как-нибудь расспросить Тео по поводу этой истории, что-то здесь не вяжется.

Следующим днем мы с Тео едем на кладбище. Я не была с самых похорон, да и, честно говоря, не хотела, но видимо, пришло время окончательно отпустить всю эту историю.