ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Она вырвалась! Лилиан Сандерс пережила ад детства и предательство мужа, чтобы наконец дышать полной грудью. Она вылепила себя заново: с любимой кружкой кофе, домашней библиотекой, непоколебимым самоуважением и работой, которая, хоть и не мечта, но опора. Ее жизнь – не идеал, но ее личный, выстраданный баланс. ... И тут – Теодор Макдейл. Новый шеф. Опасный. Сексуальный. И... будто из давнего сна. Он смотрит на нее так, что забываются все шутки. Тянется к ней так, что трещит броня, защищающая хрупкое сердце. Он манит, но Лили в ужасе: "Нет! Только не снова!" Ведь ее интуиция шепчет: он знает то, чего она не помнит. Он хранит тайну, способную разрушить мир Лилиан. Тайну, корни которой уходят в самую мрачную часть ее прошлого. Когда маски спадут, Лилиан поймет: новая любовь может оказаться самым жестоким продолжением старой боли... или ключом к освобождению? Готова ли она узнать правду?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Ваша супруга была беременна, вы не в курсе? – уточняет доктор.

– Нет, – бормочет Тео – Что? Нет, это ошибка. Она не может иметь детей.

– О, по всей видимости может, – сочувственно замечает врач и неловко похлопывает Тео по плечу.

– Что? – шепчет Тео и наконец реальность отвешивает ему финальный пинок под зад.

– Мне жаль, – говорит доктор.

У Тео трясутся ноги, как если бы он без подготовки бежал марафон на 60 километров.

– Можно к ней? – еле выговаривает он, оборачиваясь на мать. Мать стоит, закрыв рот обеими руками и качает головой из стороны в сторону, не веря в происходящее.

– Пока нет. Поезжайте домой. Можете вернуться через пару часов, когда мы выведем её из медикаментозного сна.

Тео только кивает в ответ. Конечно, он никуда не поедет.

– Микки, поезжай хотя бы переоденься, – просит мать – Ты ее напугаешь.

Тео осматривает себя и понимает, что он действительно может её напугать, ведь он весь в её крови. Сколько же она потеряла? Он не хочет об этом думать. Он ее не потерял. А мог бы. Потому что эта глупая безрассудная, самая дорогая дурочка кинулась защищать его спину от ножа ценой своей жизни. И, как оказалось, не только своей.

Когда врач уходит в ординаторскую последние силы покидают Тео. Он грузно оседает, в тщетных попытках осознать новости. Лили… она знала? Но она говорила ему, что не может. Как это вышло? Они не защищались, потому что в этом не было необходимости. Конечно, какие дети, они совершенно точно не готовы были заводить их именно сейчас, Тео еще не насладился таким драгоценным временем наедине с долгожданной женщиной, чтобы появился кто-то третий, но отчего теперь ему так тошно? А если она не знала? Что ей сказать? И сказать ли вообще? Кажется, голову Тео поместили в огромный промышленный комбайн и теперь молотят в разные стороны.

Кто-то легонько трогает его за предплечье, Тео поднимает наверх пустой взгляд. Мама.

– Сынок, – говорит она и присаживается прямо на пол рядом с ним – Мне жаль.

– Не говори так, – огрызается он – Все говорят мне жаль! Что мне черт побери теперь делать!

Она лишь сочувственно смотрит на него, слегка поглаживая большим пальцем его запястье.

– Давай хотя бы просто дождёмся, когда она придёт в себя. Потом поговорите. Сделанного не воротишь, у вас будет время всё обсудить и… и выяснить.

– Где моя дочь! – разносится знакомый громогласный голос, прорезающий тишину на манер гоночного болида.

После того, как Лили слегка приоткрыла завесу собственного взросления, Тео не может испытывать к этому человеку теплых чувств, но сейчас он почему-то очень рад его присутствию.

По коридору чеканным шагом в облике разъяренного демона вышагивает Эдвард Рори – отец Лили.