Наверное, иногда нужно упасть на дно, чтобы оттолкнуться и взлететь.
Мне ни разу не ответили.
Возможно, в моем случае это просто конец.
Я выкидываю визитку в урну, возвращаюсь за стойку. И улыбаюсь:
— Здравствуйте, хорошего дня! Какой будете кофе?
***
Среда проходит точно так же, как до этого тянулись понедельник и вторник. Дежавю, отчаяние, ежевечерний вой в подушку, смирение и будильник на шесть утра.
Игорь просит поспешить, но, едва выйдя в зал, я тут же разворачиваюсь и несусь в подсобку. Да боже, ну как такое возможно?
Меня прокляли? Кому я умудрилась перейти дорогу? Почему что ни день, то новый круг позора?!
— Игорь, я тебя умоляю, ты бы не мог поработать еще чуть-чуть? — Показываю пальцами сколько: навскидку выходит сантиметра полтора. — Я знаю, что у тебя обеденное время и что ты тоже живой человек.
Игорь как раз разворачивает бутерброд.
— Я тебе отдам свой куриный суп.
Он скептически прищуривается:
— Тот самый?
— Да. И куплю кекс.
— Подозрительная щедрость. Что случилось? Ты туда плюнула?
Звон колокольчика торопит выйти в зал.
— Да нет же. Там один мой знакомый, — тычу пальцем на дверь. — И я меньше всего на свете хочу с ним встречаться. Ну пожалуйста!
— Твой бывший, что ли? Он не будет устраивать сцен?
— Он не бывший. И сцены точно не его профиль.
Игорь закатывает глаза, просит разогреть ему мой суп и отправляется к гостям.
Тимур Эккерт пьет капучино пятнадцать мучительных минут — я слежу по камерам. Он сидит за стойкой и, судя по всему, никуда не торопится.
За это время суп успевает остыть, а терпение Игоря — лопнуть. Когда бариста возвращается в подсобку, у меня просто не остается выбора. Действительно, не остается. Как бы сильно я ни боялась сталкиваться со прошлым, нельзя бросить бизнес человека, который нанял меня.
Красный кружевной передник и большой, такой же красный бант в волосах. Кинув предсмертный взгляд в зеркало, я вздыхаю — стоит поискать работу с менее игривой формой.
Глава 6
Глава 6
Я игнорирую Тимура Эккерта так усердно, как только возможно.
— Здравствуйте, хорошего дня! Какой будете кофе? — обращаюсь к гостям.
В следующие десять минут я варю два капучино и три латте. Причем умудряюсь делать это так, чтобы не смотреть на Эккерта. Уж поверьте, это непросто, учитывая, что кофейня небольшая и он сидит вот прямо за баром. Никуда не уходит.
Полагаю, он или слишком занят, чтобы обратить внимание на баристу в коротком переднике, или пребывает в глубоком шоке. А может, наслаждается моим падением?
Когда гости заканчиваются, я начинаю протирать и без того сверкающую громадную кофемашину и всячески имитировать бурную деятельность.
— Повторите, пожалуйста, — раздается за спиной, и на мгновение я прикрываю глаза.
О нет.






