Гашу экран, сжимаю телефон в ладони.
Я ещё не настолько низко пал, чтобы убирать потенциального конкурента не за бизнес, за женщину.
Баширов умён и терпелив, это делает его сильным соперником. А ещё я видел в его тёмных глазах любовь. Дарьял так сильно любит Рину, что готов отпустить. Это очень интересный парадокс человеческих взаимоотношений.
А я не такой. Я не готов. Меня от одной мысли, что Рина может уйти уже завтра, выворачивает наизнанку. Я думал, всё это во мне давно умерло, но с ней я снова жив.
Мы притормаживаем возле клиники и сворачиваем сразу к родильному корпусу. Сердце бьётся ровно, я на девяносто девять процентов уверен в том, что прав, и мы не зря всё подготовили с учётом того факта, что этот ребёнок на самом деле не мой.
Не трогает. Никак не задевает. Я давно переварил и смирился. Если бы не целая цепочка событий, которая тянется вслед за изменой жены, мне было бы просто плевать. Чувств давно нет. Я испытываю их к другой женщине.
Можно хотя бы сейчас признаться себе, что люблю Карину?
Да, люблю. Признаюсь.
В приёмке меня знают. Встречают и организуют встречу с врачом, который скоро начнёт принимать роды у Вероники.
– Как моя жена? – спрашиваю у него.
– Всё хорошо. Всё в срок. Малыш готов появиться на свет в ближайшее время. Для возраста Вероники Петровны процесс проходит довольно стремительно. Но так тоже бывает. Женская природа уникальна в родах. Она знает, как правильно для каждой конкретной женщины. Мы просто помогаем, – улыбается врач, несколько романтизируя свой профессию. Но он действительно один из лучших, так что может себе это позволить. – Вероника Петровна под постоянным наблюдением персонала и вашего дежурного охранника.
– Вы помните мою просьбу, доктор? – смотрю ему в глаза. Спокоен, уверен в себе.
– Конечно, Давид Исайевич. Анализ будет сделан сразу, и как только я получу результат, сообщу лично вам, без посредников.
– Я буду ждать. Благодарю вас. И помните, что ссориться со мной невыгодно и опасно, – говорю мужчине открытым текстом.
– Я всё понимаю, – кивает врач. – Мне нужно идти к вашей жене, – поглядывает на часы.
– Идите. Для вас я на связи в любое время суток.
Смотрю врачу в спину, обтянутую белым халатом. Как только он скрывается из виду, разворачиваюсь и медленно выхожу из здания. Сажусь в машину, закуриваю и отдаю распоряжение водителю везти меня к Карине.
Она встречает и даже целует. Мы ужинаем, но я не могу в полной мере насладиться процессом. Обняв её, сажаю к себе на колено, вожу губами по открытому плечу, шее и жду.
В ушах пульсирует подскочившее давление.
По мужскому эго всё же бьёт. Плевать!
Разворачиваю лицо Рины к себе и мягко целую губы. Я чертовски влюблён в эти губы. А они в меня?
Заглядываю ей в глаза и не могу найти там ответа.
Мы ложимся посмотреть фильм.






