ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Мне нужна твоя помощь, Давид, — её большие, почти чёрные глаза уверенно смотрят в мои. — Я не занимаюсь благотворительностью, Рина. ... — Я заплачу. — Ты? Насмешила, детка. У тебя ничего нет. — Ты не прав, Давид. У меня есть я сама, и я готова подарить тебе себя за эту помощь. — Я женат, Рин. И, между прочим, моя жена сейчас находится через пару кабинетов от меня. — Я не предлагаю любить меня. Я предлагаю тебе постель, сопровождение. Всё, что ты пожелаешь, если это не навредит моему здоровью. Только помоги. — Хорошо. Я согласен. Но моя жена ничего не должна знать. Она носит моего наследника. — Обещаю… — Закрой кабинет и иди сюда, девочка, — хлопаю по колену. *** Ему 40. Ей 20. Между ними порочная, запретная связь, и никто не знает, чем всё это закончится.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Без секса сегодня, я всё ещё не здесь. Я всё ещё жду…

Около четырёх утра, когда мне всё же удаётся уснуть, а рядом давно сладко спит моя девочка, раздаётся звонок от врача.

– Доброй ночи, Давид Исайевич. Ваши подозрения подтвердились. По результатам теста это не ваш сын.

Ничего не ответив, сбрасываю звонок. Встаю с кровати и ухожу на кухню, к дальнему окну, чтобы не будить Карину разговором.

Набираю Данилыча.

– Изымай младенца, Слава, – отдаю приказ, как только он берёт трубку. – Пора зафиналить эту историю.

Глава 28

Глава 28

Давид

– Друзья – это непростительная роскошь в нашем с тобой мире, да, Олежа? – медленно покуривая сигару, сижу, развалившись в рабочем кресле своего кабинета, и смотрю в его глаза, покрасневшие от нескольких бессонных ночей.

Я дал им с Никой время максимально проникнуться страшной трагедией – потерей своего ребёнка, ведь Олег столько раз заказывал моего. Но это не единственная причина, почему младенец всё ещё находится у меня. Мне захотелось доиграть свою партию красиво.

Можно считать это моим скромным фетишем. Мне нравится, когда люди сами идут ко мне о чём-то просить. Вот и Олежа помыкался, побегал по городу, даже подёргал за свои связи, но мои опять оказались крепче и выше. Сидит, скалится, сжимает ладони в кулаки от бессилия. Злой и взъерошенный, во вчерашней или даже позавчерашней рубашке.

Друг…

– Верни мне сына, Давид, и я отдам всё, что взял, – как же тяжело ему даются эти слова.

– Обязательно отдашь, Олежа. С процентами. Но сына я тебе пока не верну.

Лгу. Своего сына он не увидит никогда. Так случается. Дети растут без своих отцов.

– Дава, это всего лишь ребёнок! – уперевшись ладонями в подлокотники кресла, Шуйский приподнимается с него и брызжет слюной в мою сторону.

– Кристос для меня тоже ребёнок, но тебе это никак не помешало. Ты просто жадная тварь, Олежа. Пока ты тихо откусывал куски от наших закрытых сделок, я молчал. Но ты захотел больше. Ты захотел забрать себе дело всей моей жизни, сесть на моё место. Возможно, трахая мою жену, вы вместе мечтали, как будете счастливо жить в моём доме на деньги с моих счетов.

В кабинет входит Слава и сообщает, что привёз Веронику. Кивком головы подтверждаю, чтобы он завёл её сюда.

Ника после родов осунулась. За последние дни, кажется, ещё и похудела. Её светлые волосы поблёкли, а под глазами залегли тени.

– Дава, – её губы дрожат.

– Ты думала, я не знаю, от кого этот ребёнок? – жёстко усмехаюсь, глядя на жену.

– Где мой сын, ты, чёртов бессердечный ублюдок?! – кричит она. – Верни мне его! Верни мне моего ребёнка!

– О-о-о, – смеюсь. – Ещё недавно ты тыкала в меня тем, что этомой сын. И знаешь, когда ты объявила о беременности, я тоже так подумал. И был действительно рад, что у Криса появится младший брат или сестра.