ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Мне нужна твоя помощь, Давид, — её большие, почти чёрные глаза уверенно смотрят в мои. — Я не занимаюсь благотворительностью, Рина. ... — Я заплачу. — Ты? Насмешила, детка. У тебя ничего нет. — Ты не прав, Давид. У меня есть я сама, и я готова подарить тебе себя за эту помощь. — Я женат, Рин. И, между прочим, моя жена сейчас находится через пару кабинетов от меня. — Я не предлагаю любить меня. Я предлагаю тебе постель, сопровождение. Всё, что ты пожелаешь, если это не навредит моему здоровью. Только помоги. — Хорошо. Я согласен. Но моя жена ничего не должна знать. Она носит моего наследника. — Обещаю… — Закрой кабинет и иди сюда, девочка, — хлопаю по колену. *** Ему 40. Ей 20. Между ними порочная, запретная связь, и никто не знает, чем всё это закончится.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я и не предполагал, что моя умная жена, которую я давно не люблю, но глубоко уважаю за то, что провела рядом со мной долгих двадцать лет, далеко не всегда простых и не всегда таких сытых, окажется такой дурой!

Вероника вздрагивает. Я никогда раньше не повышал на неё голос, но, в конце концов, я тоже имею право на эмоции.

– Знаете, это было даже интересно, – перевожу взгляд с Вероники на Шуйского и обратно. – Смотреть, как вы возитесь. Дорогая, скажи, а наш с тобой сын для тебя действительно оказался менее ценным, нежели ребёнок от Олежи?

– Что ты несёшь, Давид?! – шипит она.

– То есть ты не знала, что твой любовник с завидным упорством пытался убить нашего Криса?

В голову к ней не залезешь, тут уже мои связи бессильны, поэтому приходится считывать реакцию в моменте.

– Что? – её лицо вытягивается, превращаясь в белое полотно. – Ты же лжёшь!

– Попытки прекратились, как только Крис перестал быть звеном к получению наследства, – улыбаюсь ей. – А недавно его чуть не отравили. Как раз за пару недель до твоих родов. Угадай, кто, – кошусь на Шуйского.

– Олег, – Ника растеряно моргает в его сторону. – Олег, это же неправда. Скажи, что он лжёт и ты не посмел бы причинить вред Кристосу.

– Он не смог. И ты всегда была права. Крис –мой сын. Его охраняли лучшие люди.

– Боже… – жена опускает лицо в ладони. – Он знает?

– Теперь да. Только правда и реальная угроза жизни смогли удержать его дома на две с лишним недели.

Вероника встаёт и переставляет свой стул подальше от Олега. Он молчит. А что теперь говорить? Мой бывший друг понимает, что всё закончено. Точно и насовсем.

Дело в том, что помимо службы безопасности банка у меня есть своя. И когда в документах стали появляться «интересные» пункты, я дал именно своим людям следить за тем, как дальше будут развиваться события.

Мы быстро выяснили, что Олег берёт откаты в свой карман за оформление закрытых сделок.

Потом спецы предотвратили первое покушение на Криса. А следом ещё одно. И я стал складывать, казалось бы, несвязанные между собой события в общую картинку.

Мне не хватало очень много деталей. Я искал, собирал их по крупицам. Делал аккуратные шаги, бросал в разговорах якобы неосторожные фразы, которые как хлебные крошки вели меня по правильному пути.

Немного сбила беременность Вероники. Я отвлёкся на поиски врача и клиники для жены. Потом случилось ещё одно покушение на Кристоса.

Кому так приспичило убрать моего прямого наследника?

Чтобы это выяснить, я проворачиваю один фокус. Иду к Шуйскому и под стаканчик хорошего коньяка сетую на непутёвого сына, совершенно отбившегося от рук. Рассказываю о том, что встречался с нотариусом для переоформления завещания, в котором наследницей остаётся только Вероника, если вдруг со мной что-то произойдёт.