И буквально за миг до обрушивающейся на меня лавины страсти, решаюсь…
Глава 11
Глава 11
– Вы знаете дракона по имени Рейнис Ри Ган? – выпаливаю я прямо в губы дракона, что уже почти касаются моих.
Эффект от этих слов даже лучше, чем я могу себе вообразить. Имя другого мужчины –дракона, произнесенное мной, действует на Грегора, как ушат ледяной воды.
– Почему ты спрашиваешь о нем? – дракон пронзает меня подозрительным взглядом своих черно-серебряных глаз. Зрачок все еще расширен, но я вижу, как он медленно начинает сужаться.
– Он купил одну из девушек в нашем пансионе, – уклончиво отвечаю я. – Мне показалось, вы можете его знать.
Дракона мой ответ не устраивает, скорее, напротив.
– Отвечай, за чем на самом деле тебе понадобился Рейнис? – мужские ладони на моей талии сжимаются сильнее, обхватывая ее почти полностью. Ртутные зрачки опять начинают расширяться.
Черт! Вовсе не такой реакции я ждала. Значит, придется сказать правду.
– Он купил мою подругу Алайю, – признаюсь я. – А через месяц нам сказали, что она умерла.
Воздух вокруг прошибают электрические разряды, когда лицо дракона приближается к моему. Но на этот раз он не собирается меня целовать, он в ярости. Ноздри раздуваются от гнева, на скулах играют желваки.
– И ты решила… – цедит он сквозь зубы, – что это Рейнис убил ее, так?
Я молчу.
– Так?! – спрашивает он снова, угрожающе и с нажимом.
– Да! – я вскидываю голову. Мне внезапно надоедает играть с ним в покорную овцу. Чувство самосохранения улетучивается, сменяясь волной ненависти к этим ящерам. За себя, за подругу, за наши жизни, которые нам не принадлежат.
– Директриса сказала, что у нее был любовник, но я знаю, что Алайя никогда бы так не поступила! Она была честной девушкой. А еще я знаю, что она не хотела становитьсяархэ этого дракона, он увез ее против воли!
Я замолкаю, выдав эту тираду, и теперь стою, тяжело дыша.
Ненависть превращается в опустошенность, потому что я понимаю, что только что совершила большую ошибку, и Грегор мне этого не простит. И вряд ли я теперь узнаю, что на самом деле случилось с подругой.
Дракон смотрит на меня пронзительным, пристальным взглядом, и молчит, заставляя изрядно нервничать. Выражение его лица нечитаемо, и я не понимаю, какое впечатление произвел на него мой рассказ.
– А ты не подумала, – наконец, произносит он тихо и угрожающе, – что все это ложь?
Что?!
Я непонимающе смотрю на него, широко распахнув глаза.
– Так уверена, что солгали драконы, а не люди?
Меня так поражают его слова, что я не нахожусь с ответом. Может ли быть так, что директриса лгала? «Вполне, – с горечью признаюсь себе. – Марея способна на все». Но тогда, что же получается? Алайя не сбегала?
Нет, все равно ничего не сходится.






