Тусклый свет колючей лозы на потолке мрак вовсе не разгонял, а только усиливал благодаря контрасту.
– Владыка, коснись наших неофитов! Они прошли путь познания боли и готовы принять посвящение в служители Йорха! – продолжил голосить шаман или, быть может, жрец. Всё происходящее напоминало мне какой-то хреновый фильм по мотивам творчества Лавкрафта. Не хватало только кровавых жертв и астральных монстров.
Нет, ну, если я в аду, то мне явно предлагают пытать грешников, а если всё это сон собаки, то и хрен с ним. А если это всё же сон – то хорошо бы будильник поскорее зазвенел, – констатировал я и перевёл взгляд на свои руки, выбирая место, куда ущипнуть. Из горла вырвался тихий всхлип. Руки напоминали скелет. Точнее, мумию: две сухие, как палки, конечности, узловатые суставы, увитые крепкими сухожилиями. Пергаментная кожа выглядела так, будто я воду последний раз пару лет назад видел – да и то по телевизору.
– Владыка, не медли, они ждут! – продолжил блажить шаман. Пока я пялился на руки, он успел подняться по ступеням и теперь протягивал в мою сторону странного вида изогнутый кинжал. Свитый, казалось, из всё той же вездесущей колючей проволоки, причём шипы торчали даже из рукояти.
«Убери эту гадость», – произнёс я брезгливо, однако из пересохшей глотки вырвался лишь хрип.
То, что меня называют владыкой, приятно. Видимо, я всё-таки сплю, и для разнообразия мозг сгенерировал сюжет, где я главный злодей. А то в прошлом сне уж очень больно было.
Взяв из рук жреца кинжал, заставил себя сжать рукоять.
Шипы прокололи кожу, но боли почти не было. Такое ощущение, что меня обезболивающим накачали. Это ещё больше убедило, что я сплю.
Однако проснуться в момент осознания, что спишь, не получалось. Эх, где локоть жены, когда он действительно нужен?
Тем временем, увидев, что я принял кинжал из рук жреца, неофиты начали скидывать свои робы. И, как оказалось, парней среди них было не так уж и много. Оставшись лишь в набедренных повязках, неофиты как один повернулись ко мне спиной и вновь встали на колени.
А я с омерзением заметил, что у каждого вдоль позвоночника вьётся длинный рубец от поясницы до лопаток. Причём если внизу шрам видно, что старый, то чем выше, тем более свежим он выглядел. Шрам, как нетрудно догадаться, изображал эту гребаную лозу. Рисунок был неполный. И я внезапно понял, зачем шаман дал мне кинжал.
«Да что они, все здесь помешанные?» – остатки совести громко протестовали против того, чтобы резать людей.
Я уже было открыл рот, чтобы отказаться от сомнительной чести. Но шаман неожиданно упал передо мной на колени и громко начал славить Йорха, кем бы он ни был, и взывать к моему милосердию. А потом неожиданно тихо добавил:– Владыка, если вы откажете этим неофитам, мы примем ваше решение. Но новых уже не наберём.






