И бедного подростка стремительно куда-то утащили.
Бледно-зелёный свет, пульсировавший всё это время в такт любому моему движению, начал меркнуть. А на меня неожиданно навалилась слабость.– Слабая вера Колма осквернила ритуал. Йорх оставляет нас, – заявил жрец. – Йорх недоволен вами и даёт вам седмицу, чтобы вы укрепились в вере и познали боль и милосердие.
Пока жрец читал очередную проповедь, я воспользовался моментом и вернулся на постамент. Уж не знаю, почему он прервал ритуал, но…«Что за бред несёт этот старикан, и почему этот сон всё никак не закончится?»– Потому что это не сон! – бесплотный скрипящий голос заполнил, казалось, мой череп по самую тыковку. Каждое слово отдавалось в костях болью. И что характерно, этот голос явно не был внутренним.– Я рад, что ты вернулся, мой чемпион…
Глава 2
Глава 2
– Кто здесь? – подскочил я на месте, точнее, попытался. Моё странно неповоротливое тело лишь неуверенно покачнулось. Однако бесплотный голос, заполнивший голову болью, не отозвался. Хотя, может, это и к лучшему. Может, началось, и это действительно не сон, а кома? Несмотря на мигрень и бесплотность, голосу я отчего-то сразу поверил. Во сне не бывает больно.
– Повелитель, всё хорошо? – вкрадчивый голос жреца заставил меня оторваться от мрачных мыслей, что всё вокруг – галлюцинация моего умирающего тела.
– Голова трещит, – машинально пожаловался я и столкнулся с таким непониманием в глазах жреца, что стало как-то не по себе.
– Повелитель, вы дезориентированы. Так бывает после воскрешения, – произнёс жрец и тут же добавил: – Давайте покинем зал Йорха.
Убедившись, что я следую за ним, он повёл меня дальше вглубь пещеры. За те несколько секунд, что я отвлёкся, в пещере произошли разительные перемены. Свечение лозы на потолке стало едва заметным, а барабанщики, как и неофиты, куда-то исчезли – я и не заметил, как они разбежались.
Пожав плечами, я вновь вызвал волну хруста и щелчков суставов. Последовав за жрецом, я вновь подивился тому, как непослушно двигается тело. Хотя какое оно моё? Не было у меня таких рук. Таких рук вообще у живого человека быть не может. Я почувствовал острую необходимость уединиться, чтобы собрать мысли воедино. За прошедшее время событий произошло столько, что рехнуться можно.
–Жрец поможет , – вновь наполнил мою голову бесплотный голос, и в этот раз принёс такую мигрень, что я невольно застонал. Вслед за болью пришла волна тепла, и я неожиданно понял, что тело стало слушаться меня чуточку лучше.
Тем временем жрец под аккомпанемент скрипа моих суставов и постукивания посоха вёл меня бесконечными тёмными коридорами, где единственным источником света была вездесущая колючая лоза, которую я всё это время принимал за колючую проволоку.






