ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Москва слезам не верит» — вот главное правило, которое нужно знать наизусть, если решила приехать в шумный мегаполис. А ещё, не следует доверять бандиту, который одним щелчком пальцев может превратить твою жизнь в ад. Провинциалка Анастасия Шерр «Москва слезам не верит» — вот главное правило, которое нужно знать наизусть, если решила приехать в шумный мегаполис. А ещё, не следует доверять бандиту, который одним щелчком пальцев может превратить твою жизнь в ад. Пролог Пролог — Ну что, поехали? — проводница ободряюще подмигнула и поставила стакан с чаем на столик. — Ага… Поехали… — я вяло улыбнулась женщине и уставилась в окно, за которым проплывали родные берёзки, которые увидеть снова смогу очень не скоро. Разумеется, если всё пойдёт по моему плану. — Столицу покорять, значит? — напротив меня присела пышная дама с копной рыжих волос, уложенных в замысловатую причёску. Я кивнула, доброжелательно улыбнувшись женщине. Была надежда, что на этом расспросы закончатся, но, увы, ожидаемого не произошло. — Дааа… — протянула мечтательно рыжая и уставилась в окно. — Я тоже двадцать пять лет назад в Москву рванула. Родители ругали, не отпускали, а я прыгнула в вагон и была такова, — она окунулась в свои воспоминания и я почувствовала себя лишней. — Там свою первую любовь встретила… Правда, через три месяца расстались и я вся в слезах вернулась домой, — совсем уж печально закончила женщина и я даже приуныла. Но я-то — Стефания Краснова! Меня не так-то легко до слёз довести. А уж о возвра

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дотолкала её до двери и села сверху. Пока он выломает дверь я успею позвонить тётушке.

Только… Что толку? Адреса ведь я ее знаю. Вообще ничего не знаю. Каждый день живу, как на пороховой бочке рядом с этим контуженным.

Длинные гудки сменились встревоженным голосом старушки и мне стало стыдно за себя. Не хватало бедной Елене Львовне проблем, приехала я…

— Тётушка, это я! — вскочила с тумбочки и нервно зашагала по комнате.

— Стефания?! Ох, слава Богу, ты жива! Где этот негодяй держит тебя?! Ты держись, слышишь? Я всё решу!

Взгрустнулось…

И даже запал весь иссяк.

Решит она, как же…

Что может бедная пенсионерка сделать бандиту, который даже тюрьмы не боится?

Да он просто убьёт её, как того несчастного в кино и дело концом. А потом и до моей тёти доберётся.

— Тетушка, вы не волнуйтесь… Со мной всё хорошо. И ещё, не ищите меня. Я сама с ним… Добровольно.

И вызов сбросила.

Сползла по стене вниз, обняла себя руками.

Ждала, что станет плохо, начнётся истерика или хотя бы сожаление появится… Но нет. Ничего. Абсолютно.

Неужели я уже сдалась? Сломалась? Мне стало всё равно, что будет дальше… И от этого очень страшно.

Неужели ему всё-таки удалось сломать меня?

Странно, но за дверью была тишина. Никто не ломился, не обещал оторвать мне голову, оттрахать до потери пульса или ещё чего…

Обняла свои коленки и стукнулась затылком о стену. Всхлипнула, шмыгнула носом.

И… Всё.

Плотину прорвало и я заревела в голос.

Столько боролась, столько сражалась за свою честь и свободу и вот…

Сломанная и пленённая. И где та честь, что защищала? Нет её. Бандиту подарена.

А он даже не торопится забрать у меня телефон. Потому что знает — мои жалкие попытки бесполезны. Я останусь здесь на столько, на сколько захочет он.

Я ничего не решаю.

— Не плачь, маленькая. Ты всё правильно сделала, — послышалось из-за двери и, судя по всему, он сидит на полу так же, как и я.

Надо же, как расслабился.

Козёл.

— Доволен? Твоя игрушка бессильна и сломана, как ты и хотел. Радуйся теперь, — наотмашь ударила по стене и заскулила от боли.

За дверью послышался шорох.

— Ударилась?

— Не твоё дело! — огрызнулась, осознав, как жалко, должно быть, сейчас выгляжу.

— Ты не сломалась, маленькая, за что тебя уважаю. И ты не игрушка, — отчего-то его голос был уставшим и каким-то необычным…

Словно там, за дверью, сидит не здоровенный, бородатый Север со страшным шрамом, изнасиловавший меня и удерживающий в своём доме силой, а обычный человек. Спокойный и рассудительный. Возможно даже, хороший.

Смешно.

О чём я вообще рассуждаю?!

Речь идёт о преступнике!

О сволочи, которую я ненавижу!

Только ненависти уже не было. Сколько бы не настраивала себя, как бы не прокручивала в голове всё, что он мне сделал…

— Я ненавижу тебя, — неубедительно совсем.