Как только она вышла за калитку, она увидела сестру, бегущую ей навстречу. Они обнялись и долго-долго стояли со слезами и причитаниями, пока не увидели толпу людей, бегущих мимо них.
– Радио, радио на Свердлова поставили! Идемте слушать! Там все последние новости будут передавать, – крикнул кто-то из толпы.
Сестры присоединились к горожанам и вышли на площадь, где уже собрался почти весь город. Прослушав последние новости, люди не расходились. На улицах уже разворачивались работы по организации местной противовоздушной обороны. На предприятиях были установлены круглосуточные дежурства, созданы наблюдательные посты. В военкомате шла запись в 388-й стрелковый полк, стоявший в Ефремове, он был сформирован почти полностью из его жителей.
Дмитрий с утра отправился в военкомат. Пришел он к обеду, в военной форме и с какой-то котомкой.
– Вот, Пелагея, давай прощаться. Вечером отправляюсь в Тулу, а оттуда на фронт.
– Как же так? Так быстро? – прошептала Поля, закрыв лицо руками.
– Не переживай, я скоро вернусь. Обед есть?
– Да.
Они позвали детей, и в полной тишине состоялась последняя их трапеза в полном составе.
Поля взяла гимнастерку мужа и положила в карман Живые помощи. Дмитрий вошел в комнату и увидел, что Поля что-то прячет в нагрудный карман.
– Что ты там спрятала? – спросил Дмитрий.
– Да пустяк, не вынимай, прошу тебя.
– Так что это?
Дмитрий вытащил молитву и уставился на жену.
– Это еще зачем?
Он в Бога не верил, поэтому выложил бумажку из гимнастёрки и рассмеялся. Поля совершенно серьезно посмотрела на него, взяла со стола молитву и снова положила ему в карман.
– Ну, хорошо, хорошо. Если тебе так спокойнее, пусть там лежит. Только не по уставу это, понимаешь.
– Я понимаю, но ты все же не вынимай ее. Хранить будет.
Вся семья вышла провожать Дмитрия на улицу. На вокзал он запретил ходить, сказав, что в городе тревожно.
– Здесь и простимся, – сказал он и обнял сначала Марусю. – Ты, дочка, не хворай только. И мать береги. Дети, Марусю слушайте, как она и мать скажут, так и делаете.
Он подошел к Поле и неуклюже притянул ее к себе. Она как всегда попыталась отстраниться, но потом сдалась и просто стояла молча, глядя в сторону. Он поцеловал малышку, которая была у Поли на руках.
– А если они сюда придут? – тихо спросила Поля.
– Не придут, никто их сюда не пустит. Ты только жди меня и верь. Жди, Пелагея, вернусь я. Ты очень сильная, ты справишься. Я знаю.
– С Богом, – сказала Поля и перекрестила мужа.
Жизнь с этого момента разделилась на «до» и «после». Поля стояла и смотрела, как уходил на войну ее муж, и чувства, которые ее охватили, она не могла понять. Они были женаты уже много лет. Их совместную жизнь нельзя было назвать ни счастливой, ни даже нормальной, но сейчас она чувствовала страх и тоску, которые не могла объяснить.






