Мне нужен прецедент! – поставил принц точку в разговоре. – Если у тебя есть на примете девица, которая не побоится слухов и готова будет доказать свои умения перед комиссией, у нас появится шанс. Нет – рассмотрение поправки к закону об образовании может тянуться годами, если не десятилетиями.
Дознаватель вышел из кабинета приятеля, раздираемый противоречивыми чувствами. Подставлять будущую супругу и приковывать к ней всеобщее внимание он не хотел. В то же время он прекрасно понимал, что запечатывать ее нельзя. Это ее сломает, как сломало бы его самого, лишись он вдруг магии насовсем.
Что же делать?
Подготовка к свадьбе шла полным ходом.
Невеста к всеобщему удивлению самоустранилась и почти не участвовала в выборе ни салфеточек для торжественных столов, ни цветов для украшения храма, ни в составлении списка приглашенных. Собственно, она настояла на включении туда четырех имен – тетушки Вайн и трех лучших подруг, что теперь числились ее личными горничными.
На этом ее интерес к торжеству угас.
Зато гадалка старалась за троих и несколько раз от души поругалась с герцогиней из-за оттенка белого для скатерти и качества бумаги для приглашений. Ее поддержали осмелевшие девочки, и оскорбленная в лучших чувствах Дебора Уинтроп отступила. К сыну не пошла – ниже ее достоинства. К невестке тем более.
В день свадьбы только набралась решимости и попросила о небольшой приватной беседе.
Анника крутилась перед зеркалом, поправляя фату.
Чем-чем, а платьем девица занималась сама, и герцогиня была вынуждена признать: справилась неплохо. Тугой корсет визуально уменьшал и без того узкую талию, тонкое кружево выгодно подчеркивало грудь и оттеняло гладкую кожу.
Немного излишне подчеркивал, особенно учитывая что бюст у девицы выдающийся, а клейма на ней нет.
Дебора поморщилась и отвела взгляд. Даже тут деревенская натура проявила себя. Бесстыдница совершенно не стеснялась того факта, что не запечатана. Вопиюще! И ведь сильная магичка, запросто могла бы попросить святого отца, ей бы не отказали…
– У меня для вас небольшой подарок, – пересилив себя, выдавила герцогиня наконец, поняв, что уже довольно давно стоит столбом в гостевой спальне. – Это фамильная ценность, думаю, моему сыну будет приятно, если вы сегодня продемонстрируете принадлежность к нашему роду.
Девица покосилась на нее с подозрением, и местрис Уинтроп усилием воли приняла вид невинный и даже молящий. Вроде получилось, потому что дворняжка кивнула и, подобрав юбки, двинулась следом.
Герцогиня привела ее в свои покои. Дорогу обе знали прекрасно, так что невестушка не насторожилась, переступила порог без сомнений.
После было уже поздно.
Дебора щелкнула пальцами, подавая сигнал преданным слугам.






