Ива догадывалась, что такая история есть и у нее самой, и страшилась дня, когда ей предстоит ее узнать. Она снова поерзала в кресле-каталке, но удобно устроиться не смогла. А затем Ива вскочила и просунула руку за подкладку. Там что-то было, что-то, что мешало нормально сидеть… Долго искать не пришлось, однако находка ее озадачила. Ничего подобного Ива прежде не видела – плоская изогнутая палка, украшенная геометрическими узорами и рисунками существ, похожих на ящериц. Довольно тяжелая. Ива понятия не имела, что это такое и почему профессор прятал эту вещь. Это была загадка, быть может, последняя загадка, которую Сикорский оставил ей на прощание. А раз так, стоило ей заняться, пока она не сошла с ума от тоски. Полет бумеранга Ива долго бродила по дому, пока не встретила Юстаса, лейтенанта Пропащего Батальона. Скрестив руки на груди, тот стоял у окна и глядел в сторону Леса, как будто кого-то ждал. Высокий и стройный, с печальным лицом и добрыми глазами, он был удивительно красив в синей форме с золотыми эполетами и блестящими пуговицами. Уже не первый раз при виде лейтенанта сердце Ивы на секунду замерло, и она почувствовала, как у нее краснеют щеки и уши. Она гнала от себя мысли о том, что это может означать. Юстас обернулся на звук шагов и улыбнулся: – Добрый день, красавица. Выглядишь озадаченной. Что-то случилось? Ива понятия не имела, сколько ему лет. В доме Матушки Ночи этот вопрос считался невежливым, да и ответить на него было не просто. Она знала, что Юстас пришел сюда раньше профессора. Но если Сикорский всегда был стариком и с каждым годом становится старше, то Юстас совсем не менялся. Менялось только то, каким видела его Ива. Раньше лейтенант представлялся ей большим и взрослым, но сейчас она понимала, что это далеко не так. Не зря Доброзлая Повариха называла его мальчишкой, у которого молоко на губах не обсохло. Ива показала Юстасу разукрашенную палку: – Ты знаешь, что это за штука? Лейтенант приподнял бровь: – Знаю. Это бумеранг. Откуда он у тебя? – Нашла в комнате у Сикорского. – А! – Юстас покачал головой. – Мог бы сам догадаться. Старик вечно тащил в дом всяческие диковинки и сам не понимал, зачем они ему. Как-то грустно без него стало. Не с кем поговорить об умных вещах. Ива кивнула. – А что такое «бумеранг»? – спросила она. – Орудие или оружие. Жители одной далекой земли с ним охотились и воевали. – Охотились? – Ива с сомнением посмотрела на расписную палку. – Как? Лейтенант Юстас пожал плечами: – Не знаю. Вроде его кидали, чтобы сбивать в полете птиц… А еще я слышал, если бросить бумеранг правильно, он возвращается обратно. – И как его бросить правильно? Юстас развел руками: – Прости, красавица. Чего не знаю, того не знаю. Лучше тебе спросить у Матушки.

Об этой истории
Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Дом Ночи Дмитрий Колодан Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Глава 1 Глава 1 Сделка Женщина была мертва и знала об этом. Она уже не чувствовала боли. Боль была вначале: яркая вспышка в мгновение выжгла ее изнутри. Боль ушла, и остался только холод, ледяным шаром набухавший внизу живота. Женщина не помнила, как выбралась из горящей машины, не помнила, как вытащила из нее своего ребенка. Это случилось давно, когда она была жива. Сейчас она лежала на мягкой земле, жадно глотавшей последние капли крови. Изломанное тело, освещенное алым пламенем. Муж остался в машине. Сквозь огонь еще виднелся темный силуэт, но женщина не смотрела в ту сторону. Все было кончено. Рядом захлебывался в писклявом крике младенец. Девочка хотела есть, она замерзла и испугалась. Женщина ничем не могла ей помочь. Хотелось плакать от бессилия, но в глазах не оста





