Упал рядом на песок и, весь дрожа, словно заждавшись встречи, со слезами прижал к груди смуглыми своими руками тело любимой. Холодны были уста ее, и все же страстно целовал их он. Напитался солью мед волос любимой, однако касался Рыбак его губами в горестном упоении. Покрывал поцелуями закрытые веки, и брызги прибоя, падающие на лицо Русалочки, были не столь солоны, как его слезы.
Исповедался Рыбак мертвой возлюбленной. Горьким вином лился его рассказ в раковины изящных ушек. Возложил он тонкие руки Русалочки себе на плечи и все гладил кончиками пальцев ее нежную шейку. Смертной мукою обернулась радость встречи, и все ж странное блаженство несла она с собой.
Подступили черные волны ближе, и белая пена издала звук, подобный стону прокаженного. Белыми когтями царапало море песчаный берег, и из дворца Царя морского вновь донеслись полные скорби крики. Далеко в море хрипло затрубили в свои рога огромные тритоны.
– Беги! – убеждала Рыбака Душа. – Море все ближе, и, ежели промедлишь ты, убьет оно тебя. Беги же прочь, ибо боюсь я, что сердце твое совсем закроется от меня печатью великой любви… Беги, спасайся! Ведь не отправишь ты меня без сердца в мир иной?
Не слушал ее Рыбак. Обратился он снова к своей Русалочке:
– Любовь превыше мудрости, дороже всяких богатств, прекраснее, чем ножки дочерей человеческих… Не уничтожить ее огнем, не погасить водою. Взывал я к тебе на рассвете, но не пришла ты на зов. Ночная луна слышала имя твое, но не откликнулась ты. Совершил я злое дело, покинув тебя, ушел, на свою беду, и все же любовь сидела в моем сердце, любовь столь сильная, что ни зло, ни добро не смогли ее одолеть. А теперь мертва ты, и я умру рядом с тобою…
Умоляла его Душа уйти с берега, однако не внял ей Рыбак, столь великая владела им любовь. А море все подступало, стремясь накрыть страдальца волнами своими, и, поняв, что смерть близка, вновь страстно поцеловал он холодные уста возлюбленной Русалочки, и разорвалось его сердце.
Разорвалось оно, переполнившись любовью, и Душа наконец нашла вход в него и проникла внутрь, и стали они одним целым, как раньше. А потом накрыло море Рыбака высоким валом.
Направился поутру к морю Священник, решив осенить его молитвою, ибо слишком волновалось оно. С ним пошли монахи и певчие, свечники и послушники с кадильницами, и прихожан собралось немало.
Выйдя на берег, увидел Священник утопшего Рыбака, качающегося на волнах прибоя, а в объятиях его – мертвую Русалочку.






