ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я не знал, что можно увидеть незнакомую девчонку и… пропасть. Думать только о ней дни и ночи напролет. Искать ее повсюду. И наконец найти.Мне без разницы, что она – гордячка и с такими, как я, не желает иметь ничего общего. Мне без разницы, что про нее болтают другие. Мне даже без разницы, что ее отец посадил моего отца.Мне нужна только она. Алиса. И рано или поздно эта девочка будет моей! Неоднозначный герой, ХЭ Вторая книга Прости, Алиса Рита Навьер Я не знал, что можно увидеть незнакомую девчонку и… пропасть. Думать только о ней дни и ночи напролет. Искать ее повсюду. И наконец найти.Мне без разницы, что она – гордячка и с такими, как я, не желает иметь ничего общего. Мне без разницы, что про нее болтают другие. Мне даже без разницы, что ее отец посадил моего отца.Мне нужна только она. Алиса. И рано или поздно эта девочка будет моей! Неоднозначный герой, ХЭ Вторая книга 1 1 Андрей После шестого урока я проводил Алису вниз. Только до вестибюля, как и обычно. Чтобы ее отец, который ждал у школьных ворот, не увидел нас вместе. И чтобы я его не видел. — Андрей, — Алиса дошла до дверей, но вернулась. — А давай сегодня погуляем? Я хотел отказаться. Не стоит нам гулять. А по-хорошему, не стоит нам вообще быть вместе. Но кто бы выдержал ее слезы? Я точно не мог. Вот и решил просто дождаться, когда она закончит школу и уедет поступать. Алиса сама говорила, что отец планирует отправить ее в Москву. Тогда и порву с ней окончательно. А там уж с глаз долой, из сердца вон… Надеюсь, моя

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теряя терпение, я выдохнул и, как можно спокойнее, сказал:

— Маш, не хочу тебя пугать, но в любой момент сюда могут заявиться Кемаловы. За мной, а заодно и тебя прихватят. Ты этого хочешь?

Она испуганно затрясла головой.

— Ну вот. Тогда быстро одевайся и уходим.

Она метнулась в ванную, через пять минут вышла, поправляя что-то на груди.

Нам повезло — почти до самой дачи мы добрались на попутке. Высадили нас за пару километров до дачного поселка, и по дороге я коротко рассказал Машке про наши ночные приключения. Она только охала, ахала и зажимала рот.

— Андрюш, а как же ты? Они ведь догадаются, что это всё устроил.

— За меня не переживай, я что-нибудь придумаю, — отмахнулся я.

— Так давай ты с нами уедешь?

— Ну, посмотрим. Может, позже к вам присоединюсь.

— А почему не сейчас? — канючила Машка. — Было бы здорово уехать всем вместе!

— Я не могу сейчас.

Мы подошли к даче. Девчонки там вовсю убирали и выносили мусор. Во дворе высилась куча из бутылок, консервных банок и всякого хлама.

Машка, вереща, кинулась к ним в объятья. Все трое разрыдались.

Девчонки, конечно, молодцы. Просто кремень. Пережив вчера такое, сегодня ведут себя так, будто ничего особого не произошло. Сейчас они, конечно, стали жаловаться Машке, показывать ей синяки и ссадины, но я-то думал, у них будет депрессия, хандра, ну или что там бывает. Что придется их как-то отхаживать. А они вон отряхнулись и преспокойно чем-то занялись.

Саня еще не подошел, но я не стал его ждать. Передал им деньги, предупредил, чтобы сидели тихо и не светились, и отправился обратно, в город. Саня уж как-нибудь проводит их без меня.

Я подходил к дому и озирался по сторонам, высматривая Кемаловых или их вишневую девятку. Но никого и ничего не обнаружил.

Всё выглядело как обычно — бабки на лавках, дети на качелях, мужики за столиком под сиренью рубились в домино. Соседка из квартиры напротив развешивала на веревки постиранное белье.

У кого-то из распахнутого балкона орал на весь двор магнитофон: «Мальчик хочет в Тамбов…».

Только меня эта безмятежность не успокаивала. Наоборот, всё это казалось какими-то декорациями и в груди росла тревога.

В подъезде я тоже поднимался тихо, не дыша, и каждую секунду прислушивался.

Но нет, Кемаловых действительно не было.

Неужели они до сих пор не сложили два и два? Я думал, они с утра пораньше бросятся за мной. Что ж, тем лучше.

Я быстро принял душ, переоделся в чистое. Стоя у плиты, немного похлебал Машкин суп, уже остывший, прямо из кастрюли — просто живот сводило от голода, а время при этом поджимало. Ничего такой, правда соли многовато.

Затем вспомнил про пакет, что передал Лёха для Алисы. Схватил его и выбежал из дома.

Возле почтового отделения имелся работающий таксофон. Правда, какой-то дед там долго-долго беседовал. Я уж потом не выдержал.