В магнитофоне, как по команде, заиграла соответствующая песня – «Алёшка», Руки Вверх!
– Ну а вы чего ждёте? – игриво и немного с вызовом спросила Варя. – Вам что, особого приглашения надо?
Кузя быстро подскочил к своей рыжеволосой избраннице и, положив руки ей на бёдра, тоже начал изображать нечто вроде танца. Танцор из него был ещё хуже, чем из Юрца.
Егор, оставшись один, опять почувствовал себя глупо и нелепо. Оксана продолжала сидеть на полке́, смотря на него отчего-то грустными глазами. Действовать первой она явно не собиралась. Взяв себя в руки, Егор подошёл к девушке и протянул ей руку.
– Можно пригласить вас на танец? – спросил он, чувствуя зуд в зубах от собственного кринжа.
Оксана поколебалась, не зная, как ответить. Но потом всё же взяла его руку и встала с полка́. Егор внутренне вздохнул с облегчением. Если бы она сказала нет, он бы сквозь землю провалился от стыда.
Она положила руки ему на плечи, он робко положил свои ей на бёдра, и они стали медленно кружить, раскачиваясь в такт музыке. Егор приблизился к её волосам и вдохнул её запах. Оксана соблазнительно пахла свежим потом с оттенком то ли цветочного шампуня, то ли остатков духов. Этот аромат одурманивал Егора не хуже любого наркотика. В голове стало легко, будто оттуда выкачали все мысли и заполнили освободившееся пространство гелием. Звуки музыки отошли на второй план. Казалось, что они доносились откуда-то издалека. Исчезло всё вокруг – баня, пацаны, Оксанины сёстры. Были только он, она и их ритмичное покачивание в танце.
Девушка подняла голову, их глаза встретились. В этот момент Егор почувствовал просто невероятную по силе любовь к ней. Это была не похоть, а именно любовь. Любовь и преданность. Если бы она приказала ему порезать себе вены, он бы тут же схватил что-то острое и сделал это без малейшего промедления. Всё ради её одобрения.
– Прости меня, – неожиданно прошептала она, – я ничего не могу с собой поделать. Я пыталась, но это сильнее меня.
Прежде чем он успел спросить, что это значило, Оксана запустила пальцы в его волосы, прижала его ближе к себе и впилась в его губы жадным и страстным поцелуем. Полотенце спало с её груди, и она сдёрнула его полотенце с его бёдер. Их голые тела соприкоснулись. Егор почувствовал себя просто на седьмом небе от счастья.
Рядом с ними, такие же голые и одурманенные, Юрец и Кузя кружили в медляке и целовались с Аглаей и Варей.
Сделав непоправимую ошибку – жрать галимую самогонку из горла без закуски и запивона, Кулёк почувствовал подступающую дурноту и выблевал всё содержимое своего желудка в заросли крапивы, росшие сзади бани. Всё, что он хотел, – это напиться до чёртиков и забыться, но даже этого у него не получилось.






