ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Машина несётся по мокрому шоссе, и Маргарита цепляется за ремень безопасности, пока незнакомый молодой человек с резкими скулами выруливает в поток, смеясь над возмущёнными сигналами сзади. Он называе... Невеста Волка Зоя Берг Машина несётся по мокрому шоссе, и Маргарита цепляется за ремень безопасности, пока незнакомый молодой человек с резкими скулами выруливает в поток, смеясь над возмущёнными сигналами сзади. Он называет её мамулей, хотя свадьба его отца с ней ещё не состоялась, и сообщает, что она почти труп. За окном мокрый город, час назад она сидела в другом кресле — тоже не могла бежать, тоже молчала, тоже подписывала то, что ей подсунули. Теперь она в машине сына своего жениха, и он вламывается в повороты так, будто у него личные счёты с физикой. Маргарита — учительница литературы, дочь игрока, которая проснулась невестой олигарха. Она привыкла разбирать чужие драмы по актам, а не жить внутри них. Её отец проиграл то, чего не было, и теперь она — товар, которого не выбирают по красоте, а берут по надёжности: у неё нет выхода. Она умеет молчать, умеет считать, умеет держать удар, когда хочется бежать. И ещё она умеет злиться — это её единственное оружие в доме, где всё под контролем, даже деревья растут по разрешению. Владислав Волков даёт ей ключи от дома, фонда, решений — и ждёт, что она ошибётся, чтобы узнать, на чьей она стороне. Антон даёт ей дерзость, тепло, почти человеческое отношение — и ждёт кода от сейфа, чтобы вырвать у отца то, что тот не даёт. Маргарита

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Это меня и удивляет больше всего. Он обычно выбирает красивых и тихих. А ты…

Он не заканчивает. Смотрит на дорогу. Профиль резкий, подсвеченный городскими огнями.

«А ты — другая» , — заканчиваю я мысленно за него.

И чувствую, как что-то теплое поднимается откуда-то снизу живота. Тихое, неуместное, абсолютно идиотское.

«Вот за кого замуж надо выходить».

Мысль появляется ниоткуда и такая отчетливая, что я чуть не смеюсь вслух.

Молодой, дерзкий, живой. А не тот холодный волк в дорогом костюме с запахом металла и угрозами, которые он произносит тоном прогноза погоды.

Я смотрю на то, как он ведет машину, как бросает короткие взгляды в зеркало, как держит руль одной рукой, небрежно, будто все под контролем — и думаю: вот нормальный мужчина. Хотя, наверное, сволочь. Но хотя бы живой.

А потом вспоминаю. Папа в долгах. Мама болеет. Брату надо учиться. Подписанный контракт в сумочке.

И теплое уходит.

— Что конкретно я должна делать? — спрашиваю ровно.

Он чуть притормаживает и сворачивает на боковую улицу.

— Переезжаешь. Улыбаешься. Играешь роль. А потом — ждешь, пока он тебе не начнет доверять.

— И сколько ждать?

— Столько, сколько нужно, — бросает на меня косой взгляд. — Но ты умная. Придумаешь как ускорить.

— Как именно?

— Ну… — он делает паузу. — Мой отец не каменный. Когда ты окажешься рядом… когда он захочет тебя…

Я смотрю в боковое стекло.

«Полной лояльности».

Опять голос. Опять взгляд. Взгляд человека, который привык получать то, что хочет, и просто ждет, когда ты это примешь как данность.

Изнутри поднимается горячая, злая ярость. На ситуацию. На то, что я просто сижу и слушаю все это.

— Значит, мне нужно с ним спать, чтобы он начал мне доверять, — произношу максимально спокойно.

— Ты в любом случае будешь с ним спать, — он не отводит взгляд от дороги. — Разве нет?

Тишина.

Он прав. И именно это бесит больше всего.

— Ты же училка? — продолжает. — Мораль, нравственность… Слушай, это все красиво в теории. Но у тебя нет морального выбора. У тебя есть выбор между смертью медленной и быстрой. Согласишься на роль овечки — сядешь или хуже. Поможешь мне — выйдешь сухой.

Я смотрю на его профиль. Ищу ложь. Вижу только злость — давнюю, хорошо выдержанную. Он не любит отца. Это не поза. Это что-то настоящее.

— Яблочко от яблони, — шепчу, почти себе.

— Что?

— Ничего. Как тебя зовут хотя бы, наследничек?

— Антон, — короткая пауза. — Можно Тоха.

— Нет, нельзя. Антон.

Я откидываюсь на спинку.

— И что конкретно я должна делать?

— Кабинет. Второй этаж, дальняя комната. Там сейф. Мне нужен код. И ты его узнаешь, — утверждает.

— С чего вдруг такая уверенность?

— Потому что ты уже полчаса в этой машине и ни разу по-настоящему не испугалась, — он чуть поворачивает голову. — Злилась — да. Но не боялась.

Я молчу.