Женщина в бархате, та, что заговорила первой, пристально посмотрела на Элизабет:
— Вы, дитя, не из местных послушниц, верно?
— Моя госпожа — леди Элизабет, дочь графа Уэссекского из Лондона! — выпалила Бет, вытирая слёзы.
— Графа Уэссекского? — переспросила молодая девушка из свиты. — Но у графа Уэссекского только одна дочь, леди Сесилия. Я её знаю.
— Замолчи, — осадила её пожилая дама. — У графа две дочери. Старшая, леди Элизабет, ещё от первой графини, из рода Фитц-Аланов.
Она снова обратила взгляд на Элизабет. В её глазах мелькнуло узнавание, смешанное с жалостью.
— Боже мой, — прошептала она. — Неужели это ты, Элизабет? Я — леди Люсинда, жена сэра Генри Мортона. Мы виделись, когда ты была совсем крошкой. Твоя матушка, леди Елена, была моей близкой подругой.
Элизабет слегка наклонила голову, изображая застенчивость:
— Я помню вас, миледи. Вы приезжали к нам на праздник в саду, когда цвели розы. Мне было лет шесть.
— Да-да, — леди Люсинда прослезилась. — Ты так похожа на неё... Эти глаза... Как же ты здесь оказалась? В такой нищете?
Она шагнула ближе, взяла Элизабет за холодные руки.
— Ты — законная дочь графа. Негоже тебе мёрзнуть в этой дыре. Завтра же я отвезу тебя в Лондон. Я поговорю с твоим отцом, напомню ему о его долге.
У Бет от радости перехватило дыхание. Наконец-то! Кто-то вступится! Если леди Люсинда заговорит в свете, графу волей-неволей придётся вспомнить о забытой дочери.
Но Элизабет, к её удивлению, мягко покачала головой.
— Вы очень добры, миледи, — тихо сказала она, опуская глаза. — Но я не могу принять вашу жертву. Боюсь, это доставит вам лишь хлопоты. Мой отец... он, наверное, и так слишком занят.
— Вздор! — леди Люсинда сжала её руку. — Твоя мать с небес смотрит на нас. Я не оставлю тебя здесь.
Элизабет подняла глаза — в них блеснула неподдельная благодарность, но тут же погасла, уступив место смирению.
— Если вы настаиваете... — прошептала она и снова склонила голову, пряча улыбку.
Глава 8. Тайное дело.
Толпа знатных дам и господ, стоявших за спиной леди Люсинды, поначалу была ошеломлена её неожиданными словами. В конце концов, леди Элизабет считалась провинившейся дочерью, которую сослали в монастырь за покушение на мачеху. Выглядела она, конечно, жалко, но открыто вступиться за неё — значило пойти против леди Маргарет, второй жены графа, а за её спиной стояла могущественная семья её отца. Никому не хотелось вмешиваться в чужие семейные дрязги.
И вдруг эта странная встреча — и леди Люсинда, старая подруга покойной графини, предлагает девушке уехать с ней, готовая ради неё ссориться с половиной лондонского света.
Но ещё больше всех удивил отказ самой Элизабет.
Бет прямо затряслась от волнения.






