— То есть ты сейчас хочешь выставить виноватой меня? Отлично придумано, Бэйли, браво. — Прикрыв веки, она потирает виски. — Видит бог, не зря я не хотела дочь, столько проблем.
— Жаль, что я шла в комплекте с Мейсоном, да? Шла бы отдельно, то можно было бы сделать аборт.
— Нужно было бы.
Вздрогнув, как от пощечины, я до боли сжимаю колени пальцами. Распахнув глаза, мама выставляет ладони.
— Бэйли, я совсем не то имела в виду. Я на эмоциях, не должна была.
Я больше не могу. Не могу находиться в этом доме, городе, штате. Поднявшись, я пячусь к выходу.
— Отец скоро приедет, сядь. Мы обе вспылили, давай успокоимся.
Качнув головой, я разворачиваюсь к холлу. Распахнув дверь, я спускаюсь с крыльца и бегу. Бесцельно, до горящей боли в мышцах. Не знаю, где спрятаться, где найти безопасное место. Слезы застилают глаза, я сжимаю кулаки и, стиснув зубы, несусь вперед по улице.
Заворачиваю за угол и врезаюсь в женщину, пробормотав извинения, бегу дальше, слыша недовольный крик в спину. Дома, машины и лица смазываются, топот моих ног об асфальт, боль в легких. Несусь так быстро, словно это поможет спрятаться от проблем и оглушающих мыслей.
Останавливаюсь только добежав до тропинки в Робин Гуд Хиллз. Спотыкаясь, я прохожу вдоль небольшого участка леса и выхожу на дорогу, уходящую вдаль мостовой лентой. Дойдя до середины моста, я сжимаю холодные перила и подставляю лицо ветру.
«А может, закончить все прямо сейчас?» — мелькает в голове страшная мысль. Темная река внизу кажется избавлением от всех проблем, один прыжок, и я больше никогда не буду переживать и плакать, никому не доставлю проблем.
Сердце испуганно вздрагивает, и я встряхиваю головой. Нет, если сделаю это, то больше никогда не увижу папину улыбку, не услышу ворчание Мейсона, не обниму Марту, Линдси и Руби, не увижу лицо Ника Ровера.
Сзади слышится визг шин. Остановившись посреди пустого моста, из машины выбегает папа.
— Бэйли! — Тяжело дыша, он замирает в нескольких шагах от меня, ветер развевает его расстегнутый тренч, отчего папа напоминает настоящего супергероя. — Милая, пожалуйста, иди ко мне.
— Пап, я не собиралась… — всхлипываю я, пытаясь успокоить его или себя, уже не знаю.
— Бэйли, умоляю, — держа перед собой ладони, он медленно опускается на колени, — отойди от ограждения.
Заторможенно кивнув, я отрываю одеревеневшие пальцы от перил и шагаю к папе. Поднявшись, он сгребает меня в охапку, его грудь беззвучно вздрагивает, и я понимаю, что он плачет. Только увидев папины эмоции, мое сознание трезвеет и меня окутывает дикий страх. Я действительно готова была шагнуть вниз или просто размышляла? Боже.
— Прости меня, прости, что отправил в эту чертову школу!
— Все в порядке, ты не знал.
— Ты говорила, а я не слушал. — Отстранившись, он целует меня в лоб и снова обнимает.






