ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Школы «Примроуз» и «Мемфис» враждуют уже много лет. Бэйли Шепард — принцесса частной школы «Примроуз». У нее идеальный парень, прекрасные друзья и расписанное на годы вперед будущее. Но банкротство с... Первая буква Севера Лина Винчестер Школы «Примроуз» и «Мемфис» враждуют уже много лет. Бэйли Шепард — принцесса частной школы «Примроуз». У нее идеальный парень, прекрасные друзья и расписанное на годы вперед будущее. Но банкротство семьи рушит все. Бэйли теряет дом, статус — и оказывается за одной партой с теми, кого всегда презирала. Ник Ровер — капитан футбольной команды школы «Мемфис». Самоуверенный, наглый и совершенно не скрывает свою симпатию к Бэйли. С каждым днем ненавидеть Ника становится все сложнее, враги уже не кажутся такими плохими, а все предубеждения рушатся. Сближение Ника и Бэйли становится настоящей проблемой для всех вокруг. И если любовь к врагу — преступление, то за него придется заплатить. От автора От автора Первая буква Севера — история Бэйли и Ника и третья книга цикла «Все буквы Севера». Здесь вы встретите первую любовь, классовое неравенство, борьбу с обществом и школьным буллингом. Если история второстепенных героев Микки и Джейка покажется вам смазанной, то скромно напоминаю, что у этой пары есть дилогия «Последняя буква Севера» и «Последний аккорд Севера». Истории героев цикла идут параллельно друг другу, поэтому некоторые важные события и диалоги намеренно повторяются с разных точек зрения, чтобы раскрыть общую картину. Глава 1 Ты веришь в любо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Прости.

Я позволяю увести меня к машине, домой ехать не готова, поэтому прошу отвезти меня прямиком в полицейский участок, где я в подробностях расскажу, что чертова Айрис Хейл и ее подруги сделали со мной.

Глава 47 Миссис Ровер

Глава 47 Миссис Ровер

Когда в полиции нам прямо сказали, что Айрис с подругами отделается всего лишь несколькими часами исправительных работ, у меня земля ушла из-под ног.

А когда на следующий день родители вернулись из школы и сказали, что директор обещал провести с девочками воспитательную беседу и отстранить их от учебы на несколько дней, я потеряла надежду на справедливость. Как такое возможно? На протяжении долгого времени девушки школы «Мемфис» подвергаются давлению, буллингу и физическому насилию. Их должны были отчислить, написать плохую рекомендацию и направить к психотерапевту. Безнаказанность порождает вседозволенность и жестокость. Если им все сойдет с рук, то дальше будет только хуже.

Папа забрал мои документы из школы. Понятия не имею, что мы будем делать дальше. Ник и Микки звонили так много раз, что я выключила телефон. Я не готова общаться с внешним миром, но на следующий день папа посчитал иначе, пригласив в гости Руби и Линдси. Впервые в жизни я видела, чтобы Руби ревела. Никаких комментариев и глупых шуток, просто крепкие объятия подруг, а потом они вытащили меня на улицу и отвезли в салон красоты.

— Хватит вам реветь, — командует Бри, строго глянув на моих подруг. — Сейчас все исправим.

Мы давно знакомы с Бри, она спасла несколько неудачных окрашиваний Линдси, а я частенько ходила к ней ровнять кончики волос.

— Сделаем каре до подбородка, на затылке рваный каскад. — Бри взъерошивает пальцами мои волосы, и я стискиваю зубы, когда она касается израненной кожи, где была вырвана прядь. — Будет выглядеть густо, твоя текстура волос позволяет. Чуть позже можем нарастить, но надо чтобы кожа зажила, договорились?

Сглотнув ком в горле, я молча соглашаюсь, потому что выбора все равно нет. Первый щелчок ножниц, и я закрываю глаза, полностью доверяясь рукам Бри. Цок-цок-цок. Чувствую, как пряди падают на пеньюар и соскальзывают на пол. Пальцы осторожно перебирают мои волосы, но я сжимаюсь от каждого прикосновения и клацанья ножниц, потому что это уносит меня на грязный пол в школьном туалете.

Слышу гудение машинки, следом сушка феном, расческа плавно оттягивает пряди. Прохладные ладони касаются моей шеи, снимают пеньюар, а я все никак не могу набраться смелости и открыть глаза.

Впившись ногтями в ручки кресла, я поднимаю веки. Я всю жизнь ходила с волосами до самой поясницы, а теперь в отражении незнакомая мне девушка. Без длины я чувствую себя обнаженной, но это дело привычки. Волосы ровным срезом идут вдоль подбородка, объем у корней.