Соня всё это время сидела посреди дороги. Одной рукой она держалась за коленку, другой за разбитый локоть, но на Булыча смотрела так спокойно, словно именно такого выступления она от него и ожидала. Ничуть не удивилась.
Хотя, и я уже удивляться перестал. Способности Булыча я пока развивал равномерно. А у него как раз была одна, которая так и называлась: «Трюки». Так что, полагаю, дальше он нам ещё и не то покажет.
К тому же, хороший вахтёр всегда знает, кто именно здесь нарушает порядок. И адресом ошибается редко.
А за страусами, который так вымахали, теперь глаз да глаз нужен особо!
Но две недели назад всё было по-другому
Не было ездовых птиц, не было собаки-наездницы, и деревня выглядела совсем иначе. Так что стоит, пожалуй, рассказать, как мы до такого дожили.
Начну с демонов, потому что с ними всё просто.
За две недели мы набили пятьдесят штук. Мелких и средних, крупные к нам больше не заходили.
Счастливее всех от этого был Гараж.
С полусотни туш упало столько ресурсов, что он забил ими весь дальний угол и потребовал у Оскара смастерить отдельную полку. Шкуры лежали стопками по размеру, когти в жестяной банке из-под краски, кости в мешке, а сухожилия он смотал в аккуратные мотки и развесил на гвоздиках, как хозяйка развешивает лук.
Часть добычи система отметила как ценную, и вот эту часть он сортировал лично, отдельно, с придыханием и подробными комментариями вслух.
За те же две недели он взял два уровня и, разумеется, возгордился.
— Я тут, между прочим, самый быстрорастущий, — сообщил он мне однажды утром. — А значит, и самый умный.
— Самый умный, — согласился я. — А вот сейчас прекращу тебе демонов носить на разделку. И куда ты со всем своим умом пойдёшь?
Створка обиженно скрипнула.
— Ты меня газлайтишь, начальник. И абьюзишь.
Я даже кружку опустил.
— Откуда ты этих слов-то набрался, дед?
— Твой тон, начальник, сам по себе токсичен. Ты этим меня принижаешь. Сначала шантаж, а теперь обесценивание. Неконструктивно ты со мной разговариваешь.
— Ладно, конструктивный ты наш, работай. Ишь, нашёлся мне тут.
Он поворчал ещё с минуту, для сохранения лица, и на этом взбрыкивание закончилось. Так у нас обычно и бывает.
Отдельно стоит сказать, когда именно мы взяли эти полсотни.
Все пятьдесят нападений пришлись на первую неделю. И всех до единого положила изгородь.
А потом нападения прекратились.
Теперь демоны иногда выходят из леса, доходят до проволоки, топчутся, смотрят и уходят обратно. Ни одна тварь больше не полезла.
Со стороны это напоминает коров у пастбища, которые точно знают, где заканчивается их свобода, и подходят к границе просто из вредности.
Ганс, отсидевший на дозоре больше всех, рассказывал, что двое приходят почти каждую ночь.






