ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бездна Инди Видум Глава 1 Глава 1 Прилетели мы намного раньше запланированного, поскольку управлял вертолетом тот же паучок, которому нравилась скорость. Я даже подумал, не присвоить ли ему имя Михаэль Шумахер, но решил, что шутку эту вряд ли кто-то поймет, а Яша с Митей потребуют русского имени, а значит, будет Миша. Но прежде чем давать имя, стоило посоветоваться с Митей — его вотчина, ему решать, достоин ли паучок имени. Хотя, как по мне, достоин уже после того эпичного боя, когда он не просто отбился от противника, но и нанес ему решающий урон. Спальники пригодились, но не потому, что кто-то из нас решил всю дорогу проспать, а потому что на них устроились Наташа и Птос и всю дорогу проболтали. Птос своими новыми возможностями был весьма доволен, хотя сказал, что Милка на него шипит и убегает — то ли не признаёт в нем кота, то ли признаёт в нем конкурента за молоко и внимание Валерона. Выяснилось, что в этой форме Птос тоже может эффективно извлекать энергию из еды, преимущественно из жирной и сладкой, но к сгущенке и конфетам он оставался довольно равнодушным. Возможно, просто не вжился еще в новую форму. Крылья у него были мягкие, бархатистые на ощупь и сами по себе могли служить украшением. Но разговаривали Наташа и Птос не о том, какой он красивый, а о том, какие он еще знает интересные места для сбора кристаллов или ингредиентов. Знания Птоса в этом отношении были довольно специфическими, поскольку кузен императора интересовался совсем не тем чем интересовались мы. На

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Она излишне болтлива, бонус у нее такой при создании. А мозгов дополнительных бонусом не дали, вот она и несет временами чушь.

— Дефектный экземпляр, — понимающе кивнул Павел.

— Я дефектный экземпляр? На себя посмотри, — проскрипела Мотя. — Я семью спасла от убийцы. Я очень полезная. Мне бы только еще щипцы для завивки. Но никто не делает.

— Как это семью спасла? — удивился он.

Пересказывала ему Ниночка в красках и образах. Настолько быстро, что бедной Моте мало чего удалось вставить.

— Боже, я так испугалась, — под конец сообщила Ниночка. — Я такая трусиха. А вот вы, мне брат рассказывал, вы даже толпы тварей не убоялись. Вы такой смелый, Павел Петрович.

Она приложила руки к груди совсем как Мотя, но с поправкой на вид, и смотрела на Павла с таким восхищением, что он засмущался и поплыл. Не знаю, отрабатывала ли сестренка на подвернувшемся мальчике подсмотренные у маменьки приемы или делала это по причине того, что Беляев предварительно одобрил союз с Молчановским, но цели своей она точно добилась. Павел перестал хмуриться и начал охотно рассказывать о своих сражениях с монстрами. Ниночка ахала и восторженно повторяла, какой он храбрый, она бы точно упала в обморок. Ко времени, когда в столовой собрались на ужин остальные, договорилась эта парочка до того, что Павел пообещал Ниночку защитить, если на дом нападут монстры, а она сказала, что теперь этого совсем не боится.

Бедная Мотя грустно сидела у ножки ее стула, что-то тихо бубня себе под нос, поскольку молчать она не могла в принципе, а заглушать хозяйку не хотела.

К концу ужина в столовой появился Валерон и жалобно тявкнул:

— Я умираю с голоду, а они здесь обжираются. За мой счет, между прочим. Я тружусь не покладая лап, обеспечиваю им возможность хорошо питаться, а они даже не поставили мне миску.

— Какой громкий песик, — недовольно поморщившись, сказал Павел.

— Он не всегда такой, — ответила Ниночка. — Если он не хочет, его вообще невозможно найти.

Валерон подбежал ко мне и требовательно уставился. Присутствие за столом постороннего не позволяло мне сделать помощнику выговор. Успокоить его можно было только одним способом: накормить. Но как сделать это в присутствии постороннего, который заметит, что крошечный песик съедает намного больше, чем в него должно влезать?

Придумать что-то я не успел, поскольку завибрировал мой переговорный артефакт. Вызывал меня Николай Степанович.

— Петр Аркадьевич, беда! Требуется ваше срочное присутствие в Святославске.

— Что случилось?

— Не для разговора на расстоянии, — почти шепотом ответил Николай Степанович. — Очень важно и очень срочно.

Похоже, на расстоянии не было и возможности его убедить, что разговор никто не сможет подслушать, хотя я попытался.