ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бездна Инди Видум Глава 1 Глава 1 Прилетели мы намного раньше запланированного, поскольку управлял вертолетом тот же паучок, которому нравилась скорость. Я даже подумал, не присвоить ли ему имя Михаэль Шумахер, но решил, что шутку эту вряд ли кто-то поймет, а Яша с Митей потребуют русского имени, а значит, будет Миша. Но прежде чем давать имя, стоило посоветоваться с Митей — его вотчина, ему решать, достоин ли паучок имени. Хотя, как по мне, достоин уже после того эпичного боя, когда он не просто отбился от противника, но и нанес ему решающий урон. Спальники пригодились, но не потому, что кто-то из нас решил всю дорогу проспать, а потому что на них устроились Наташа и Птос и всю дорогу проболтали. Птос своими новыми возможностями был весьма доволен, хотя сказал, что Милка на него шипит и убегает — то ли не признаёт в нем кота, то ли признаёт в нем конкурента за молоко и внимание Валерона. Выяснилось, что в этой форме Птос тоже может эффективно извлекать энергию из еды, преимущественно из жирной и сладкой, но к сгущенке и конфетам он оставался довольно равнодушным. Возможно, просто не вжился еще в новую форму. Крылья у него были мягкие, бархатистые на ощупь и сами по себе могли служить украшением. Но разговаривали Наташа и Птос не о том, какой он красивый, а о том, какие он еще знает интересные места для сбора кристаллов или ингредиентов. Знания Птоса в этом отношении были довольно специфическими, поскольку кузен императора интересовался совсем не тем чем интересовались мы. На

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но прислушиваться к нему никто не торопился, что радовало: идиотов в Совете было мало, и сегодня они оказались представлены в единственном числе.

— Петь, — шепнул мне в ухо Валерон, — тут такое дело. Сейф же нужно было тырить срочно?

— Срочно, — подтвердил я. — А что? Не получилось?

— Как тебе сказать… В кабинете с сейфом был император и начальник дворцовой охраны. Они злостно злоумышляли. И на тебя, и вообще на всех. Но главным образом — на тебя. Император сказал, что с тобой нужно в любом случае расправиться, что ты мешаешь.

— Это ты к чему? — спросил я.

Разговоры вести с воздухом не хотелось — я, конечно, смотрел в окно, но всё равно кто-то мог заметить или услышать. Хотя последнее было затруднительно после речи Молчановского. Но исключать наличие навыка, блокирующего слишком громкие звуки, тоже было нельзя.

— Поскольку сейф надо было забирать срочно, а свидетели злоумышляли, я их отправил в контейнер, — пояснил Валерон. — После чего проблем с сейфом уже не было. Митя срезал ножки, и я их обоих — его и сейф — забрал. А еще картину из кабинета. Там был такой умиротворяющий пейзаж. Я подумал, что будет на него самое то смотреть при расслаблении. А хозяину кабинета он уже всё равно не нужен. Или его вытряхнуть? Только скажи — верну на место. Если что, я не про картину. Ее я точно не верну. Как и небольшие сувенирные мелочи со стола.

Он явно заволновался от одной только мысли, что придется расстаться с прихваченными материальными ценностями, но транслировал уверенность в том, что отобрать у него ничего уже не выйдет.

— А знаешь, пожалуй, не надо, — решил я.

Сейчас император во дворце представлял собой постоянную потенциальную угрозу. К тому же он действительно злоумышлял, злоупотребляя своей должностью. А если он исчезнет, в стане наших врагов начнется разброд и шатание. Остается еще императрица, из-за клятвы Ольге Юрьевне несколько неадекватная. Но я решил не предлагать отправить ее к супругу. Возможно, она еще придет в норму. А клятва… Клятву можно было убрать минимум двумя способами. Выяснить бы еще, где супруга великого князя скрывается, потому что пока она на свободе, злоумышлять не прекратит.

— Тогда я пока соберу компенсацию, — радостно сказал Валерон, и я опять перестал его чувствовать рядом.

Похоже, скоро дом помощников потребуется увеличивать в размерах, поскольку вся личная компенсация Валерона туда попросту не влезет. А ведь у него самое ценное хранится во внутреннем пространстве и стазисных контейнерах. Главное, чтобы он не перепутал и не развешал на стенах императорскую семью вместо картин.

Ругань среди гвардейцев доросла до довольно серьезных уровней.