Все напряжение последних дней, все страхи, сомнения и бесконечная усталость навалились разом. Плечи дрогнули, а из груди вырвался судорожный вдох.
Я заплакала, слезы сами просачивались сквозь пальцы, горячими дорожками скатываясь по щекам.
— А почему тогда те женщины так сказали? — спросила я дрожащим голосом. — Почему они были так уверены?
Артур медленно покачал головой.
— Не знаю. Возможно, обычный испорченный телефон. Кто-то что-то услышал, додумал, пересказал другому, а в итоге получилось совсем не то, что было на самом деле.
Я опустила руки и посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты мне не врешь? — почти шепотом спросила я. — Пожалуйста... скажи мне только честно. Я так устала от обмана...
— Это правда, Агата, — тихо сказал он. — Чистая правда. У меня нет двойного дна. Нет второго смысла в моих словах. И нет ничего, что я намеренно скрывал бы от тебя.
Он осторожно коснулся моего лица, большими пальцами бережно стирая слезы с моих щек, а потом крепко обнял, позволяя мне выплакать всё, что накопилось внутри.
— Я больше не хочу, чтобы ты сомневалась в каждом моем слове, — тихо произнес он у самого моего виска. — И если однажды у тебя возникнет вопрос, не слушай чужие разговоры. Спроси меня. Я отвечу честно.
Я зажмурилась, чувствуя, как его ладонь медленно гладит меня по спине, успокаивая, и впервые за долгое время позволила себе не бороться со слезами.
Я медленно улыбнулась сквозь слёзы.
— Знаешь, что было самым страшным? Самым страшным было тогда понять... что мне больно потерять тебя, потому что ты давно стал для меня гораздо большим, чем просто фиктивным мужем.
Мои последние слова повисли, между нами.
"...Ты давно стал для меня гораздо большим, чем просто фиктивным мужем."
Артур даже не сразу вдохнул, он просто смотрел на меня, не моргая и делал это так долго, что я уже пожалела, что вообще это сказала.
Наверное, алкоголь окончательно добил чувство самоконтроля.
— Ну вот... — тихо усмехнулась я. — Теперь можешь официально считать меня идиоткой.
Глава 23
Глава 23
— Нет, идиотом здесь всё это время был я.
Я нахмурилась.
— Почему?
Он улыбнулся виновато.
— Потому что думал… что никогда этого не услышу от тебя. Ты никогда не смотрела на меня.
У меня перехватило дыхание.
Все эти годы я была уверена, что он терпел меня исключительно из чувства долга. Что я была для него очередной обязанностью, поручением моего отца. А сейчас привычная картина моей жизни трещала по швам.
Он виновато улыбнулся и замолчал, словно подбирал слова.
— Я не умею говорить такие вещи, Агата. Я привык делать, а не объяснять.
Я посмотрела на него.
И вдруг вспомнила десятки мелочей, которым раньше не придавала значения. Как он всегда молча открывал передо мной дверь. Как приносил кофе именно таким, какой я любила. Как первым замечал, что я замёрзла.






