ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Работа в богатом особняке казалась Виктории шансом начать жизнь с чистого листа. Но всё меняется, когда она встречает Матвея. Его прозвище - Капкан, и, однажды попав в его орбиту, вырваться уже почти... Капкан Ольга Брюс Работа в богатом особняке казалась Виктории шансом начать жизнь с чистого листа. Но всё меняется, когда она встречает Матвея. Его прозвище - Капкан, и, однажды попав в его орбиту, вырваться уже почти невозможно... Книга вторая Глава 1 Глава 1 Алевтина Михайловна поставила чашку на поднос и кивнула Виктории: – Иди, отнеси ей. И не бойся, если она начнёт расспрашивать тебя. Альбина, конечно, та ещё штучка, но когда ты сумеешь найти к ней подход, все будет хорошо. – А Матвей Вячеславович кофе не пьёт? – Перед ужином – никогда. А вот с утра очень любит. Без сахара и сливок. Ну я тебя всему научу. А теперь неси скорее, Альбиночка не любит ждать. Вика подхватила поднос и направилась к новой хозяйке. Гостиная была выполнена в светлых, модных тонах: жемчужно-серый, белый и редкие вкрапления графита. Низкие, чётко очерченные диваны и кресла из велюра добавляли помещению композиционную строгость. Стены украшала единственная, но очень дорогая картина — абстракция в спокойных пастельных тонах. Прямо перед Альбиной стоял низкий стеклянный стол, на который Вика поставила фарфоровую чашку кофе с блюдцем. Дизайнерский торшер, похожий на изогнутую ветку дерева, отбрасывал мягкий, но чёткий свет, подчёркивая острые скулы хозяйки и её надменный, изучающий взгляд. Левая рука с и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он судорожно вздохнул, и его пальцы, холодные и тонкие, сжали руку Вики.

– Прости, что я так и не смог найти твоего сына... – выдохнул он, и по его щеке скатилась одинокая слеза. – Я напал на его след, но снова потерял, уже навсегда. Одна пьянчуга... она оставила его на скамейке в сквере. Бросила там. И куда делся малыш, так больше никто и не видел. Все документы, Матвей, в моем столе, красная папка… Найди её сына сам…

Вика зарыдала, прижимая его руку к своим губам.

– Папа, папа... – шептала она сквозь слёзы. – Пожалуйста, не уходи. Я не могу без тебя.

– Ты сильная, – прошептал Владимир, и его взгляд начал стекленеть. – Ты справишься. Ты всегда справлялась...

Он перевёл глаза на портрет Майи, и его лицо озарилось последним, умиротворённым светом. Майя улыбалась ему со старого мрамора, и эта улыбка была самой прекрасной в мире. Владимир улыбнулся в ответ, и его дыхание остановилось. Владимир Андреевич Олейников ушёл тихо, почти незаметно, как уходит в никуда первый майский вечер.

***

Через месяц после пышных похорон Владимира Олейникова, Инга щёлкнула дверным замком своей квартиры и в сердцах швырнула сумку на пыльное кресло. Она злилась. Злилась на Олейникова, который умер так не вовремя.

– Ты это сделал мне назло! – повторяла она, нервно расхаживая по комнате. – Какого чёрта ты вообще решил сдохнуть?

Она вспомнила клинику. Там было хорошо, там был этот смешной дурачок Александр, с которым они так сладко планировали месть Олейникову и сплетничали про медсестёр, а потом узнали, что Владимир умер! Сам! О, как обрадовалась Инга. Она решила, что теперь сможет жить спокойно. Но врачи быстро поставили её на место.

– Платить за вас больше некому, – передразнила Инга противным голосом, копируя главврача. – Готовьтесь к выписке. Мы ничем не можем вам помочь.

Она упала на диван и слёзы, злые и горькие, потекли по щекам.

– Все меня бросили. Дети не хотят видеть, им нравится жить без меня. А мне так страшно одной... – прошептала она, хватая горсть таблеток и запивая их водой из грязной кружки.

Она легла на диван и укрылась пледом. Её глаза закрылись, а перед внутренним взором поплыли призрачные картины. Олейников умер ей назло, она была уверена в этом. Он специально хотел оставить её без денег, без защиты, без будущего. Но во сне всё было иначе.

Ей снилось, что она снова в клинике. Белые стены, свежие простыни, утренняя каша, которую приносила добрая медсестра. И Александр, её смешной дурачок, сидит напротив и несёт какую-то чушь. Ей было хорошо. Тихо и спокойно. Она улыбалась во сне, тогда она ещё могла улыбаться…

***

Прошёл год. Субботнее утро в особняке было наполнено детским смехом и звоном посуды. Вика, Катя и Люся хлопотали на кухне и вместе присматривали за детьми: маленьким Ванечкой, Ярославом и Алёнкой – дочкой Кати.