ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Артём Картамазов — неформальный властелин окраины, где сила решает всё, а завтрашнего дня не существует. Его жизнь — сплошная рутина дешёвого алкоголя, карт и бессмысленной жестокости, от которой он с... Одержимость Лилия Артём Картамазов — неформальный властелин окраины, где сила решает всё, а завтрашнего дня не существует. Его жизнь — сплошная рутина дешёвого алкоголя, карт и бессмысленной жестокости, от которой он с... Глава 1 Артём Игоревич Картамазов Возраст: 23 года. Занятие и влияние: Неформальный лидер одной из уличных группировок, «решала» в своем районе. Не учится и не работает официально, живя по законам силы и понятий. Его «бизнес» — это мелкое крышевание и перепродажа запчастей, но его главная амбиция — тотальный контроль над всем, что он считает своим. В квартире Валета дым стоял такой плотной пеленой, что глаза начинало резать уже через пять минут пребывания внутри. Смесь дешевого табака, перегара и тяжелого запаха немытых тел — привычный коктейль наших вечеров, к которому привыкаешь так же, как к шуму машин за окном. Музыка из старых колонок, когда-то выкраденных из ДК, не просто играла — она била по почкам, заставляя дешевый пластик и надбитые стаканы на щербатом столе мелко вибрировать. Я откинулся на спинку облезлого кресла, чувствуя, как пружина впивается под лопатку. Пальцы лениво, почти механически, тасовали засаленную колоду карт. Костяшки на правой руке, разбитые в хлам во время вчерашней стычки у гаражей, саднили при каждом движении, но эта боль была

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сизый дернулся, его тело неестественно, страшно выгнулось, и он рухнул на обледенелый бетон, не успев даже вскрикнуть.

— Сука! Ложись! — рявкнул я, открывая ответный огонь в сторону бетонных плит, откуда мелькнула вспышка.

Валет подхватил обмякшего, внезапно ставшего очень тяжелым Сизого под мышки и с матом затащил его за ржавый остов старого грузовика. Пули со звоном рикошетили от металла, выбивая искры и заставляя нас прижиматься к земле. Мы оказались в идеальной ловушке.

— Сизый, брат, держись! Слышишь меня?! Не вздумай отключаться, урод! — Валет судорожно пытался зажать дыру в груди друга, но кровь — густая, почти черная в свете луны — неумолимо, толчками выходила сквозь его пальцы.

Я присел рядом, прикрывая их огнем, чувствуя, как рана в боку снова открылась и горит невыносимым пламенем.

— Пацаны... братья... — Сизый прохрипел, изо рта потекла кровавая пена. Его глаза начали закатываться. — Простите... не заметил... кажется, хвост... Сдал я нас по глупости...

— Заткнись, слышишь?! Ты никого не сдавал! Это мы лоханулись! — у меня голос сорвался, в глазах начало щипать не то от дыма, не то от слез. — Мы сейчас выберемся, Валет тебя вытащит, он крепкий. Слышишь, Сизый?! Не смей уходить!

Сизый попытался улыбнуться, но вместо этого зашелся в мучительном кашле, выплевывая кровь. Его рука, испачканная в мазуте и крови, слабо, из последних сил сжала мою ладонь. Последний выдох вышел со свистом, глаза остекленели, уставившись в безразличное, черное январское небо.

— Нет... нет, нет! Только не ты! — Валет завыл, утыкаясь лбом в плечо мертвого друга. — Сизый, вставай! Слышишь, ты мне еще долг не вернул! Вставай!

В моей груди что-то окончательно лопнуло. Я смотрел на лицо Сизого — парня, с которым мы делили одну сигарету на двоих, с которым прошли все круги ада, от мелких краж до больших разборок. Его больше не было. Ярость и невыносимая, сосущая боль смешались в горле, мешая дышать. Я потерял брата.

Настоящего. Единственного, кто не продал меня даже под страхом смерти.

Обстрел усилился. Костыль и его псы прижимали нас к земле, они чувствовали запах нашей крови и свою победу. Я заглянул в магазин своего ТТ. Всего два патрона. Один ствол на двоих. Это был конец пути.

— Валет, слушай меня внимательно, — я схватил его за воротник куртки, заставляя поднять голову и посмотреть на меня. Его лицо было серым от горя. — За этим грузовиком, в десяти метрах, есть лаз в старый коллектор. Он ведет к реке, а там густые камыши. Уходи. Сейчас же.

— Ты че несешь, Тёма?! Я тебя не брошу! — Валет рванулся было ко мне, но я с силой прижал его к бетонному основанию.

— Посмотри на меня! Я ранен, я потерял слишком много крови, я — обуза! Я не дойду и ста метров, я только тебя подставлю под пули. Уходи, сохрани письмо для Леры.