ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лера выстроила жизнь в Париже стеной за стеной: старший редактор, галантный Франк, анонимный собеседник «Лев Толстой» по ночам. Но стена трещит, когда Франк ставит ультиматум — съехаться или расстатьс... Снова ты Ария Тес Лера выстроила жизнь в Париже стеной за стеной: старший редактор, галантный Франк, анонимный собеседник «Лев Толстой» по ночам. Но стена трещит, когда Франк ставит ультиматум — съехаться или расстатьс... «Ты просто космос» Лера Франк — хороший мужчина. Это действительно так. Впервые за три года мне не приходится заставлять себя, упрашивать, уговаривать. Убеждать… Черт возьми, какой же дурой ты себя ощущаешь, когда, сидя с кем-то на свидании, пока он рассказывает о какой-то абсолютно не имеющей значения хрени, ты улыбаешься, киваешь, как кукла-болванчик с торпеды прямиком из моего детства, а про себя ведешь серьезную такую баталию: - Лера. Послушай. Он — это очень хороший вариант. Красивый, спортивный. У него есть работа, даже больше! Он — довольно успешный в своей области мужчина! Так что давай…эт-самое, прекращай носом вертеть. Не дури. Не смей даже начинать это делать! Не смей! Я тебе запрещаю. И все было так. Правда. После того, о чем я вспоминать не соглашаюсь ни за что, я начала ходить на свидания почти сразу. Сначала казалось, что…ну, не получается ничего из-за посыла. Мол, ты специально это делаешь! Назло всему миру! Доказать что-то хочешь! А при таких вводных, результат всегда заставляет желать лучшего — это аксиома. Окей. Я немного притихла. Успокои

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы недолго молчим. Я разглядываю свои пальцы на ногах, опустив на колени голову. Она — меня.

- Лер, я беспокоюсь за тебя. Все точно хорошо? Ты себя нормально чувствуешь? Вдруг рано из больницы сбежала?

Как верно она подметила, ведь я прям бежала. Как умалишенная, только пятки сверкали. Врач хотел задержать меня еще на сутки, но даже у господа Бога едва ли получилось бы меня где-то задержать.

Где-то, где он будет в радиусе километра…

Сославшись на необходимость помогать со свадьбой, я собрала свои вещи, привезенные Катой, и поставила свою резкую, размашистую подпись.

Как итог? Я снова сделала то, что уже делала. Погрузилась с головой в работу. Последние три дня я занимаюсь исключительно своими прямыми обязанностями подружки невесты, то есть — докапываюсь до всех, чтобы получить идеальный результат. На деле просто снова бегу…

А сейчас словно застыла. Завтра Рома возвращается. Завтра свадьба. И завтра станет последним днем, когда я буду его видеть, а потом что? Снова притворство, побег, работа. Мужчины, от которых меня блевать тянет. Пустая квартира. Мой кот…брат. Единственное, что может порадовать? И, ах да! Конечно! Друг переписке, с кем я могу открываться и не бояться быть уязвленной или раненной.

Точка.

Классная жизнь.

Потрясающая перспектива. Скучать по кому-то безумно, но молчать, ведь по нему нельзя скучать! Но где эта кнопка, которая отрубит все мои чувства?!

Слезы встают перед глазами. Я киваю судорожно, Ката напрягается еще больше.

- Лер?

Черт возьми…

Однажды вся эта плотина должна была порваться. Народная мудрость гласит, что, вообще-то, где тонко, там и рвется. Ну, собственно…да. Вот так…

Я закрываю руками лицо и начинаю плакать. Совершенно неуместно, даже как-то грубо. Ничего красивого. Ничего эстетично прекрасного — одна только гребаная боль и каша в башке.

Ты не можешь. Ты не имеешь права! За что цепляешься?! По кому страдаешь?! Дура-дура-дура! И я знаю, что дура. Я это знаю! Он предал меня. Он не имеет больше доступа к моему сердцу и моей душе! Но…черт возьми, как просто сказать, и как сложно сделать…

Слишком много чувств. Слишком много острых противоречий…

- Лерочка, ты что…

Ката шепчет, подается ко мне, обнимает.

Я тяжело дышу. Слышу в ее голосе надлом и беспокойство, поэтому стараюсь изо всех сил взять себя в руки. Ими, основаниями ладоней давлю на глаза. Мотаю головой.

- Прости…я просто…прости. Нельзя. Я знаю…

- Что значит нельзя? Лера? Что случилось?!

Еще один глубокий вдох. Я загоняю свои мытарства под каблук, выдавливаю улыбку, отнимаю руки от лица.

- Ничего. Все хорошо.

- Ты плачешь! Как может быть хорошо?! Как?!

Бросаю на нее взгляд. Ката напугана всерьез. Я ощущаю столько участия с ее сторону, что…ну, знаете? На автомате тянусь.

Хочется.

Это тоже правда. Мне хочется открыться, рассказать.