ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лера выстроила жизнь в Париже стеной за стеной: старший редактор, галантный Франк, анонимный собеседник «Лев Толстой» по ночам. Но стена трещит, когда Франк ставит ультиматум — съехаться или расстатьс... Снова ты Ария Тес Лера выстроила жизнь в Париже стеной за стеной: старший редактор, галантный Франк, анонимный собеседник «Лев Толстой» по ночам. Но стена трещит, когда Франк ставит ультиматум — съехаться или расстатьс... «Ты просто космос» Лера Франк — хороший мужчина. Это действительно так. Впервые за три года мне не приходится заставлять себя, упрашивать, уговаривать. Убеждать… Черт возьми, какой же дурой ты себя ощущаешь, когда, сидя с кем-то на свидании, пока он рассказывает о какой-то абсолютно не имеющей значения хрени, ты улыбаешься, киваешь, как кукла-болванчик с торпеды прямиком из моего детства, а про себя ведешь серьезную такую баталию: - Лера. Послушай. Он — это очень хороший вариант. Красивый, спортивный. У него есть работа, даже больше! Он — довольно успешный в своей области мужчина! Так что давай…эт-самое, прекращай носом вертеть. Не дури. Не смей даже начинать это делать! Не смей! Я тебе запрещаю. И все было так. Правда. После того, о чем я вспоминать не соглашаюсь ни за что, я начала ходить на свидания почти сразу. Сначала казалось, что…ну, не получается ничего из-за посыла. Мол, ты специально это делаешь! Назло всему миру! Доказать что-то хочешь! А при таких вводных, результат всегда заставляет желать лучшего — это аксиома. Окей. Я немного притихла. Успокои

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ты не стремишься меня ранить или тыкнуть носом. Ты никогда не стремилась. Я помню…в момент, когда моя жизнь рухнула…только ты со мной рядом и была.

- Ты меня идеализируешь. У тебя свадьба, и вместо помощи, я устроила истерику, потом сбежала…

- А ты себя демонизируешь. Хочешь попросить прощение за то, что попала в беду? Очень по-взрослому.

- Это случилось не просто так.

Ката выгибает брови.

- Да ну? Ты намеренно прыгала на скале, зная, что внизу подземная пещера?

- Нет.

- Тогда…

- Но я намеренно сбежала, Ката, - короткая пауза перед окончательным прыжком Веры, - Мой бывший муж — это Рома.

В комнате повисает тишина. Я издаю смешок в ответ на ее расширенные глаза, потом сажусь и убираю волосы назад.

- Вот так…я не могла смотреть на то, как Сара пытается залезть ему в штаны и…не придумала ничего лучшего, чем сбежать на какую-то посудину. И чуть не умерла. Чуть не убила его…

- Лер, ты…серьезно?

- Как ты это пережила? - игнорирую ее шок, разглядывая свои пальцы, - Как ты…простила? Как ты пошла дальше? Как…я просто не понимаю. Я чувствую себя…будто на гране какой-то пропасти. Притом…если честно, их даже две. По обе стороны от меня, и пока я держусь. Стараюсь. Делаю аккуратные шаги вперед, но всего одно неаккуратное движение…и я сорвусь.

Медленно оборачиваюсь на Кату, прижав ладонь ко лбу.

- Я все еще люблю его. Эта любовь…она неудобна, неправильна, ненадежна. Она не дает мне жить дальше нормально, потому что все, что я делаю — это…бегу, Кат. Я все время бегу, но я так устала…

- Лер… - шепчет подруга.

Что ей сказать на это? Нечего. Даже психологу нечего было сказать вразумительного. Он только бубнил что-то про «прости и отпусти», дышать станет проще, а как это сделать?! Где инструкция?! Хах, ее нет…

К сожалению, ее не существует.

Никто не знает этот секретный ингредиент. Ты приходишь к врачу, но в этом вся проблема душевной травмы — тебе не выдадут рецепта на таблетки, которые смогут помочь. Нет даже таких, которые облегчат твою боль.

Все в голове.

И в сердце…

Издаю глухой смешок и отворачиваюсь, пару раз кивнув.

- Я знаю…нет верного способа излечиться от любви. Ты сказала, что я никогда тебя не осуждала…это тоже неправда. Я осуждала. Но, если честно, я тебе завидовала просто — ты смогла простить.

- Но это не было просто.

Снова смотрю на подругу. Ката грустно улыбается, потом уводит взгляд в окно, за которым на этот раз стоит спокойная, тихая ночь.

- Я не могу тебе сказать, как я до этого дошла, ведь я сама не знаю. Просто…однажды, когда я делала снимки, случайно увидела пару старичков на набережной. Они сидели на скамейке и еле…хах, представляешь? Ириски. Мы с Алексом…мы с ним, можно сказать, познакомились снова «за ирисками». На одном приеме их подавали на шпажках.