Рома бережно гладил мою руку своей, он смотрел мне в глаза. Мы шутили, обмениваясь острыми «па», а потом он меня поцеловал.
Сейчас я стою на холодной, темной кухне. Кипит вода, а за окном идет дождь, но я просто застыла…перед глазами встает картинка о том, как на восемьдесят, и мы устроили такие же посиделки с клейким месивом по-флотски.
Этого никогда не случится…
С губ срывается тихий стон боли, смешанный со всхлипом. Я так четко и так ярко вижу нас старыми, но вместе с тем понимаю: этого никогда не произойдет. Так не будет! Потому что…
- Что я делаю?...
Пачка летит в сторону. Кастрюля тоже. Вода расплескивается, но не задевает меня. Просто не успевает, ведь я уже развернулась и метеором несусь до телефона.
Аж Кот подпрыгнул!
Хватаю его. Два сообщения. Первый — начальству. Второе — Славе.
Это происходит.
Фейерверк.
Момент, когда ты просто все понимаешь…и он выглядел у меня именно так. Как и самый романтический вечер — нелепо и глупо, — но он был настоящим, и он ударил в самое сердце.
Что ты творишь?!
Этого может никогда не случиться. Вместо нас двоих, восьмидесятилетних стариков, я буду одна. Все так же в квартире. Возможно, в доме. Рядом будет кот, но уже другой. Возможно, еще и собака. И этого никогда не случиться! Возможно, случилось бы что-то другое? Очевидно, должно было случиться что-то другое — у всех случается. Только это будет уже не то…не то…
Правда в том, что я не хочу других воспоминаний и не хочу другого будущего. Я хочу жирные, хитрые макароны и его. Вот и все.
«Главное»
Лера, сейчас
Сорваться было…на самом деле, дико просто. Сложности пришли потом. Уже в самолете я начала сомневаться…
Не в правильности своего решения — стойкое чувство того, что я для себя все решила, никуда не ушло. Я сомневалась в том, что совершаю слишком резкие и необдуманные поступки. Но на высоте десяти тысяч метров бежать — это проблема, поэтому я не повернула назад.
Не повернула и в аэропорте.
Меня встретил Илья, и под его суровым взглядом даже не смогла пикнуть о том, что сомневаюсь. Не хотелось как-то выглядеть дурой…
Только он и Слава знает, зачем я прилетела. Илья молчит, и я не знаю его отношения, но мне слишком страшно спросить — мы продолжаем молчать дальше.
- Я на работу, - говорит он спокойно, как только мы заходим в его квартиру.
Сумка опускается на пол.
Ответить не могу — противоречия рвут, страх снова зашкаливает, поэтому лишь киваю пару раз в ответ и обнимаю себя руками.
- Ты…сегодня поедешь?
- Считаешь, что я дура, да? - выпаливаю.
Раньше, чем успеваю все обдумать. Слова просто слетают с языка, и я бросаю косой, короткий взгляд на брата, который…на самом деле приклеивается к его лицу.
Клянусь! Я оторваться не могу! Смотрю, словно завороженная…
- Если честно, я так и знал, что ты это сделаешь.






