ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Алатея Граф просыпается на холодном полу, связанная по рукам и ногам, с повязкой на глазах и пустотой вместо памяти. Она помнит только своё имя, возраст и то, что была гимнасткой из международного бал... Омут Алекс Д, Лана Мейер Алатея Граф просыпается на холодном полу, связанная по рукам и ногам, с повязкой на глазах и пустотой вместо памяти. Она помнит только своё имя, возраст и то, что была гимнасткой из международного бал... Пролог Как бы я хотела все вспомнить… Если бы я могла прочитать книгу о своей жизни и иметь в записи все то, что на самом деле со мной произошло, это здорово бы облегчило мое существование. А существую ли я? Жива ли? Или эта тьма, опоясывающая меня дьявольскими силками, — и есть те самые врата безжалостного ада? Я отчетливо помню ощущение падения, длившееся считанные секунды, за которыми последовал мощный удар головой, и мое сознание резко поглотила тьма. Мне нужно вспомнить. Вспомнить, кто я на самом деле. Но очень трудно думать, когда лежишь на холодном полу, связанная по рукам и ногам. Уязвимая, беззащитная, жалкая. Если это не предсмертная агония, которая мне мерещится, а реальность — то я бы предпочла первый вариант. Почему здесь так пахнет краской? Резкий запах, щекочущий и раздражающий рецепторы, мешает думать и вспоминать, вновь по частям собирать свою личность. Меня зовут Алатея Граф и мне восемнадцать лет. Я — профессиональная гимнастка и танцор, входящая в состав одного из самых популярных акробатических балетов мира. У меня много сумасшедш

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Это плохо, потому что у меня к тебе будет одна просьба, прежде чем начнешь меня писать, — обволакивая его своим фирменным соблазнительным взглядом, убеждаюсь, что он реагирует на меня. Его глаза горят, взгляд жадно ловит движение моих губ.

— И какая же, Алатея? — в ответ я медленно снимаю его пиджак со своих плеч и возвращаю ему. Затем допиваю шампанское залпом и отхожу от Дэмиана чуть дальше, спиной приближаясь к панорамному окну башни.

— Не касайся. Только смотри, — не разрывая зрительного контакта, снимаю тонкие бретельки трикотажного повседневного платья, облегающего фигуру. Благодаря черному цвету и простой ткани, оно не смотрится роскошным или вызывающим, но мужчинам всегда очевидно, что я прячу под ним, благодаря тому что оно подчеркивает абсолютно все изгибы фигуры. — Мы договаривались только на свидание и позирование.

— Хорошо, но у меня тоже есть условия, Алатея, — и вот он снова близко.

Порой я даже не замечаю, как он перемещается в пространстве. Настолько вальяжна и неспешна его походка, как у царя зверей, вышагивающего перед расступающимся прайдом.

— Какие? — я замираю, придерживая на себе платье руками, прижимая их к груди.

— Я пишу портрет женщины только в двух случаях: когда я ее предварительно связываю, или когда у нас была близость.

Черт возьми. Так и знала, что все не так просто, и он таки извращенец. Ну нельзя быть таким идеальным: умным, привлекательным, вежливым, относиться ко мне по-джентльменски и платить вперед. Когда все так гладко, подвох есть всегда. Искренне считаю, что игры с веревками свойственны только психам и маньякам. Человек в здравом уме не станет заниматься подобным, обычно мужчина тупо хочет поиметь меня, причем затратив как можно меньше своих денег и времени на прелюдию. Но Дэмиан пока ломает все мои стереотипы о напыщенных толстых кошельках. Возможно, он не заслужил того, что я уже сделала …

— Значит, я в тупике? Или ты предоставляешь мне выбор? — холодок по спине от его взгляда и близости. Снова и снова. Он даже не прикоснулся ко мне, а я, как он и говорил, уже испытываю острую потребность в его касаниях.

Опускаю ладони, и платье слетает к моим ногам в один момент с принятым решением. Следом приспускаю стринги, отправляя их к платью. Дэмиан не смотрит на мое тело, только в глаза. Это поражает, но у психов всегда свои причуды. Смотрит так пронзительно, что буквально высасывает мою душу, и я невольно думаю о том, что лучше бы он выжигал взором стигматы на моем голом теле.

— Выбор.

— Тогда свяжи меня, чтобы это ни значило. Это что-то типа шибари или шелковых лент? К последнему мне не привыкать. Тебе нужно пленить девушку, прежде чем ты запечатлеешь ее на холсте?

— Есть такое.