ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Принцесса Лера Титова Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Пролог Ей было девятнадцать, когда отец сказал: «Ты выходишь замуж». Джульетта Корлеоне стояла у окна в кабинете отца. За стеклом сад был зелёным, жасмин цвёл, Джузеппе подрезал кусты. Она смотрела на старика и думала о том, как он будет резать жасмин, когда её уже не будет в этом доме. — За кого? — спросила она, не оборачиваясь. — За Лоренцо Бьянки. Она усмехнулась. Усмешка вышла холодной, как лёд. — Бьянки? Те, кого мы десять лет мочили по всей Сицилии? — Те, с кем мы теперь заключаем мир. — Мир? — Она повернулась. Её глаза сузились. — Вы заключаете сделку. Я — плата. — Ты — моя дочь. — Я — разменная монета. Дон встал. Медленно. Тяжело. Он уже не был молодым, но в его движениях всё ещё чувствовалась сила, которая заставляла людей бледнеть. — Ты выйдешь за него, — сказал он. — Или я запру тебя в подвале до свадьбы. — Вы не посмеете. — Посмею. — Братья не позволят. — Братья сделают, что я скажу. Он подошёл к ней. Взял за подбородок. Пальцы были грубыми, с жёсткой кожей — пальцы человека, который держал пистолет чаще, чем ручку. — Джульетта, — сказал он. Он

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я буду тётей мальчика!

— Да.

— Как назовёте?

— Не знаем ещё.

— Подумайте.

Джульетта убежала.

Сара вышла с Элеонорой на руках.

— Мальчик? — спросила она.

— Мальчик, — ответила Джульетта.

— Элеонора будет рада. У неё будет двоюродный брат.

— Да.

— Поздравляю.

— Спасибо.

Тереза вышла с Маттео.

— Мальчик? — спросила она.

— Мальчик, — ответила Джульетта.

— Маттео, у тебя будет двоюродный брат.

— Я хотел брата.

— У тебя будет брат.

— Настоящий?

— Настоящий.

Маттео улыбнулся.

— Хорошо, — сказал он. — Я буду его учить драться.

— Научишь, — сказала Тереза.

— Обязательно.

Все засмеялись.

Лука вышел последним.

— Мальчик? — спросил он.

— Мальчик, — ответил Лоренцо.

— Поздравляю.

— Спасибо.

— Ты боишься?

— Очень.

— Я тоже боялся, когда родилась Элеонора.

— А теперь?

— Теперь я знаю: сыновья — это продолжение.

Лоренцо смотрел на него.

— Спасибо, — сказал он.

— Не благодари. Береги их.

— Буду.

— Постарайся.

— Постараюсь.

Они обнялись.

Вечером Джульетта и Лоренцо сидели на террасе.

Солнце садилось за море. Небо было кроваво-красным.

— Ты счастлив? — спросила Джульетта.

— Да.

— Правда?

— Правда. Я никогда не был так счастлив.

— Даже когда мы поженились?

— Тогда я боялся. Теперь — нет.

— Чего ты боялся?

— Что я не заслуживаю счастья.

— А теперь?

— Теперь я знаю: никто его не заслуживает. Но некоторые — получают.

Она положила голову ему на плечо.

— Как назовём сына? — спросила она.

— Не знаю.

— Предложи.

— Лука.

— В честь брата?

— В честь воина.

— Он будет сильным.

— Он будет добрым.

— Сильным и добрым?

— Сильным и добрым.

Она улыбнулась.

— Лука Корлеоне Бьянки, — сказала она.

— Лука Бьянки Корлеоне.

— Мы не можем решить, чья фамилия будет первой.

— Решим.

— Когда?

— Завтра.

— А сегодня?

— Сегодня — радуемся.

Он поцеловал её.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Лоренцо.

Она закрыла глаза.

Он смотрел на неё.

На её спокойное лицо.

На её руку на животе.

На её губы — приоткрытые, влажные.

— Лука, — прошептал он. — Наш сын.

Она улыбнулась во сне.

Он поцеловал её в лоб.

Остался сидеть.

Смотрел.

Ждал.

Глава 35

Первые три месяца были самыми трудными.

Джульетта просыпалась каждое утро от тошноты. Бежала в ванную, падала на колени перед унитазом, и её выворачивало наизнанку. Лоренцо стоял в дверях, бледный, растерянный. Он не знал, что делать. Он знал всё о войне, о смерти, о пистолетах. Но не знал, как помочь женщине, которая вынашивала его сына.

— Это нормально, — сказала она, вытирая губы.

— Нормально?

— Утренняя тошнота.

— Тебя тошнит в шесть утра. Это утро?

— Это утро. Для беременных.

— Я вызову врача.

— Не надо.

— Джульетта.

— Лоренцо. — Она поднялась. Подошла к нему. Взяла за руку. — Это нормально. Так бывает. Это пройдёт.

— Когда?

— Через пару недель.

— Это долго.

— Я переживу.

Он смотрел на неё.