ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Принцесса Лера Титова Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Пролог Ей было девятнадцать, когда отец сказал: «Ты выходишь замуж». Джульетта Корлеоне стояла у окна в кабинете отца. За стеклом сад был зелёным, жасмин цвёл, Джузеппе подрезал кусты. Она смотрела на старика и думала о том, как он будет резать жасмин, когда её уже не будет в этом доме. — За кого? — спросила она, не оборачиваясь. — За Лоренцо Бьянки. Она усмехнулась. Усмешка вышла холодной, как лёд. — Бьянки? Те, кого мы десять лет мочили по всей Сицилии? — Те, с кем мы теперь заключаем мир. — Мир? — Она повернулась. Её глаза сузились. — Вы заключаете сделку. Я — плата. — Ты — моя дочь. — Я — разменная монета. Дон встал. Медленно. Тяжело. Он уже не был молодым, но в его движениях всё ещё чувствовалась сила, которая заставляла людей бледнеть. — Ты выйдешь за него, — сказал он. — Или я запру тебя в подвале до свадьбы. — Вы не посмеете. — Посмею. — Братья не позволят. — Братья сделают, что я скажу. Он подошёл к ней. Взял за подбородок. Пальцы были грубыми, с жёсткой кожей — пальцы человека, который держал пистолет чаще, чем ручку. — Джульетта, — сказал он. Он

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Он тебя слушается, — сказал Лоренцо.

— Он меня слышит.

— Это одно и то же?

— Нет. Слышит — значит, знает голос. Слушается — значит, уважает.

— А что он делает?

— Пока — слушает.

Священник улыбнулся. Помазал мальчика маслом.

— Лука Корлеоне Бьянки, — сказал он. — Крещается во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

Лука чихнул.

Все засмеялись.

После церемонии все поехали в особняк.

Банкет был в саду. Столы ломились от еды и вина. Дети бегали по траве. Женщины помогали Джульетте. Мужчины курили.

Дон сидел в кресле, держал на руках Луку. Мальчик смотрел на него, не моргая.

— Он не боится тебя, — сказал Лоренцо.

— Я не страшный.

— Вы страшный.

— Для врагов.

— А для внуков?

— Для внуков — дедушка.

Дон улыбнулся. Поцеловал мальчика в лоб.

— Ты будешь сильным, — сказал он. — Как твой отец. Как твои дяди. Как твоя мать.

— И как вы, — добавил Лоренцо.

— Как я.

Лука улыбнулся.

Дон засмеялся.

Маттео подбежал к деду.

— Дедушка, — сказал он. — А я могу подержать Луку?

— Нет.

— Почему?

— Ты уронишь.

— Не уроню.

— Уронишь.

— Обещаю, что не уроню.

Дон посмотрел на него. Потом на Лоренцо.

— Твой сын, — сказал он. — Решай.

Лоренцо взял Луку. Опустился на корточки. Положил мальчика на руки Маттео.

— Держи крепко, — сказал он.

— Держу.

— Голову поддерживай.

— Поддерживаю.

Лука смотрел на Маттео. Не плакал. Не улыбался. Просто смотрел.

— Он меня не боится, — сказал Маттео.

— Ты не страшный.

— Я знаю.

Маттео улыбнулся.

Тереза вытерла слезу.

— Ты плачешь? — спросил Доменико.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Тереза улыбнулась. — Но это хорошие слёзы.

— Бывают?

— Бывают.

Доменико обнял её.

Вечером, когда гости разошлись, Лоренцо и Джульетта стояли на террасе.

Лука спал в коляске рядом.

— Ты счастлив? — спросила Джульетта.

— Да.

— Правда?

— Правда.

— Даже после того, как Маттео чуть не уронил его?

— Не чуть не уронил. Не уронил.

— Но было страшно.

— Было.

— Ты боялся?

— Очень.

— А теперь?

— Теперь — нет.

— Почему?

— Потому что всё обошлось.

Она положила голову ему на плечо.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Джульетта.

Она поцеловала его.

— Пойдём в комнату, — сказала она.

— Зачем?

— Хочу лечь.

— Устала?

— Да.

— От чего?

— От счастья.

Он усмехнулся.

— Пойдём.

В комнате она легла на кровать. Он сел рядом.

— Спой мне, — сказала она.

— Я не умею петь.

— Спой.

Он запел. Тихо. Старую сицилийскую песню, которую пела ему мать.

Джульетта слушала. Смотрела в потолок.

Лука заплакал в соседней комнате.

Лоренцо замолчал.

— Иди к нему, — сказала Джульетта.

— Ты не против?

— Иди.

Он встал. Вышел.

Вернулся через минуту. С Лукой на руках.

— Он успокоился, — сказал Лоренцо.

— Как?

— Увидел меня.

— И что?

— Улыбнулся.

— Это газы.

— Это любовь.

— Газы.

— Любовь.

— Спорим?

— Не сейчас.

Он лёг на кровать. Положил Луку между ними.