Затем отвалилась от дерева и, грохнувшись в траву, принялась болезненно корчиться. Какое-то время ее корежило и крючило на все лады. А потом она начала стремительно усыхать, будто ее выпили насухо, вся сморщилась, скукожилась. Ее панцирь явственно потрескался и наконец осыпался миллионами крошечных осколков, которые быстро затерялись в траве.
Я ошарашенно опустил взгляд вниз, но тянущийся от твари зеленоватый ручеек вместо того, чтобы исчезнуть, неожиданно и вопреки всем законам природы протянулся между деревьями и стремительно втянулся в мою правую ладонь. Угу. Вот так просто. Просто взял и всосался, словно его кто-то со знанием дела взял и протащил прямо сквозь кожу.
Впрочем, почему кто-то?
Эмма и протащила, благо подходящий инструмент соответствующего размера у нее имелся, причем в огромном количестве. Но сделала она это так быстро, что я успел только моргнуть, как процесс уже закончился, а найниитовые частицы, которые сыграли роль переносчиков для потенциально полезных для меня веществ, благополучно выбрались из-под кожи и тут же разлетелись кто куда, словно ничего не случилось.
«Процесс поглощения завершен, — спокойно доложила Эмма. — Началась процедура усвоения. Предположительное время окончания процедуры — от трех до пяти рэйнов».
Я молча перевел взгляд со своей ладони на жалкую горстку того, что осталось от живого существа. Затем снова посмотрел на свою абсолютно невредимую руку и пробормотал:
— Еще немного, и мне придется переквалифицироваться в некроманта.
После чего поспешил покинуть это место, мельком подумав, что, пожалуй, и эту способность на людях лучше не демонстрировать.
[1] Дословно: седьмой день.
Глава 6
В общей сложности, мне понадобилось три дня, чтобы добраться до обитаемых краев.
Каких-то серьезных происшествий за это время не произошло, я шел с максимально доступной скоростью, не забывая про регулярные привалы, в перерывах исправно тренировал волю, пытаясь научиться самостоятельно управлять найниитовыми частицами. До супер-пупер-крутого перца мне, конечно, было еще далеко, но я старался и очень надеялся, что однажды мои потуги все-таки увенчаются успехом.
Другие эксперименты я тоже поставил и с помощью Эммы благополучно обратил в прах несколько красивых кустиков, целую кучу насекомых, несколько таких же здоровенных мокриц, два молодых деревца и даже одну землеройку.
Процесс всегда выглядел одинаково — от меня к жертве летело найниитовое облако. Затем частицы облепляли обреченное существо со всех сторон. В зависимости от количества, частицы чуть быстрее или чуть медленнее высасывали из цели то, что Эмма считала необходимым, после чего жертва, словно древняя мумия, неминуемо рассыпалась в пыль.






