Но нам так хочется к себе, что, не сговариваясь, отказываемся от приглашения. Да и Варю нужно отвезти домой. Яна связывалась с ее родителями и объяснила ситуацию. Вроде бы там адекватные люди.
– Тогда, Ян, пойдем, соберем, что с тобой наготовили. С отцом нам не съесть все. А вы приедете, еще поедите, – говорит ее мать. – Варенька, пойдем, я и тебе пирожков соберу, – зовет и девчонку с собой.
Петр Сергеевич куда-то исчезает.
– Пойдем на улицу. Поможешь. Кажется, колесо спускает, – предлагаю сыну.
– Пойдемте, – переходит на «вы», что царапает.
Спускаемся на улицу. Обходит машину. Наблюдаю за ним.
– Да все нормально, кажется. – Пинает колесо ботинком.
– Значит, показалось. – Снимаю с сигналки авто.
– Вы специально выманили меня на улицу, да? – Догадывается.
– Выманил? – Улыбаюсь. – Попросил помощи. Ты согласился.
– А, понятно, – Тут же отворачивается.
– Лев. Я просто хотел сказать, что у нас с тобой остается все, как и прежде. Я не прошу называть меня папой… – Пожимаю плечами. – Просто давай жить мирно, ладно? Я сам немного в шоке от произошедшего. Но ни капли не жалею, что узнал.
– Что, даже сыну рады? – С недоверием смотрит.
– На «ты» мы с тобой уже переходили, – напоминаю. – И да, рад. Так что давай дружить. – Протягиваю руку.
Смотрит на раскрытую мою ладонь. И пожимает в ответ.
– А теперь обещай, что выкать мне не будешь. – Задерживаю его ладонь в своей.
– Обещаю.
– Вот и отлично.
Яна
Едем домой. Даже удивительно, как быстро привыкла к новой жизни. Домом считаю съемную квартиру, а не ту, в которой прожили столько лет.
Оборачиваюсь, смотрю на сына. Он откинулся на спинку сиденья, сидит с наушниками, закрыв глаза. Как всегда, слушает музыку. Держит за руку Варю, которая склонила голову ему на плечо. Улыбнувшись, усаживаюсь поудобнее. Скольжу взглядом по Владу. Он очень красив. А за рулем – так вообще… Сердечко мое екает.
– Что? – Ловит мой взгляд, и моя ладонь попадает в плен его пальцев, снова укладывает себе на бедро.
– Ничего. – Качаю головой.
С нового года новая жизнь. Сказка. Боюсь все еще поверить в происходящее. Он со мной. Он – отец моего ребенка.
Снова подкатывает тошнота. Зажмуриваюсь, вдыхая глубже, и выдыхаю медленно.
– Ян? Что такое?
Качаю головой. Но понимаю, что само не пройдет.
– Останови, пожалуйста, – прошу его.
Влад бьет по тормозам, съезжая на обочину, и я сразу же выскакиваю из машины.
– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает, когда я наконец выпрямляюсь.
Подает бутылку с водой.
– Не знаю. – Пожимаю плечами. – Может, что-то не то съела. Или нервы так сказываются, – предполагаю.
Пока едем, перебираю в голове, что могла съесть. Отравилась? Меня снова мутит. И пока доезжаем до города, мы останавливаемся еще раза два.
А может, вирус какой?
В голове каша.






