ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Анна услышала, как муж называет её «тушей» и признаётся в любви двоюродной сестре Вике. Шесть лет брака рухнули за секунду — а за ними последовало предательное толчком с обрыва в Альпах. Выжив после п... Развод. Месть предателю Милана Усманова Анна услышала, как муж называет её «тушей» и признаётся в любви двоюродной сестре Вике. Шесть лет брака рухнули за секунду — а за ними последовало предательное толчком с обрыва в Альпах. Выжив после п... Глава 1 – Ты не представляешь, каково это – шесть лет спать рядом с этой тушей. Я заслужил за своё терпение столь шикарный подарок… тебя… настоящую женщину… Я люблю тебя, Вика. Только тебя. Я только вошла в номер. Услышанное заставило меня замереть в ужасе и неверии. Я судорожно сжала в руке ключ-карту и прикусила губу, чтобы не вскрикнуть. Голос Димы доносился с балкона, тот самый нежный голос, которым он шептал мне признания в любви всего пару часов назад. Только сейчас в нём слышались совсем другие интонации. Туша. Он назвал меня тушей. А Вика… Я знаю только одну Викторию, свою двоюродную сестру. Ту Вику, чьё лицо улыбается с каждого плаката салонов "Чёрная вода". Та самая красавица, которая всегда была рядом, поддерживала меня после смерти папы, помогала преодолеть обрушившееся на меня глухое горе… Сердце забилось так громко, что, казалось, его слышно в соседних номерах элитного отеля в Куршевеле. Я прислонилась к стене, чувствуя, как земля уходит из-под ног. За тонкой дверью балкона муж продолжал разговор с моей сестрой – той, кото

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Есть ли шанс, что это розыгрыш? Возможно, Дима репетировал роль для корпоративного спектакля?

Но голос… В его голосе была такая нежность… искренняя с нотками страсти, которой мне не хватало последние месяцы.

Тряхнув головой, шагнула под горячие струи. Последний год после смерти папы был очень тяжёлым. Стресс, горе, новые обязанности в компании, которые Дима после недолгих уговоров так великодушно взял на себя… Возможно, я слишком подозрительна? Возможно, просто устала и везде вижу подвох?

Дима всегда был таким заботливым. Когда у меня случился приступ паники на том деловом ужине два года назад, он первым подошёл, помог выйти на воздух, терпеливо ждал, пока я успокоюсь. “Ты сильная, Аня. Сильнее, чем думаешь”, – говорил он тогда. А как он поддержал меня, когда коллеги папы начали сомневаться в моей компетентности после похорон… “Не слушай их, – убеждал он. – Ты справишься. А я всегда буду рядом”.

– Анечка, ужин приехал, – раздался стук в дверь. – Твоё любимое шампанское и устрицы.

Я выключила воду. Надо было взять себя в руки. Завтра мы собирались кататься на лыжах. Дима так настаивал на этой поездке, говорил, что горный воздух поможет мне восстановиться после всех потрясений.

– Сейчас, – отозвалась я, заворачиваясь в полотенце.

Завтра на свежем воздухе, вдали от городской суеты и лишних ушей соседей, я смогу честно поговорить с мужем. Спросить напрямую о Виктории. Выяснить, что означал тот разговор. Есть шанс, что всё не так страшно, как мне показалось.

Медленно выдохнула и, нацепив лёгкую улыбку, вышла из ванной. Дима стоял у окна, за которым мерцали огни курорта, а дальше виднелись заснеженные вершины Альп.

– Вот и моя красавица, – улыбнулся он мне, обернувшись, и я попыталась найти в этой улыбке хоть частичку той теплоты, которая звучала во время его беседы с Викой.

Следующее утро встретило нас ярким солнцем и свежим снегом. Дима был необычайно оживлён за завтраком, шутил, строил планы на день. Я молча пила кофе, продолжая снова и снова прокручивать в голове подслушанное вчера.

– Сегодня покатаемся по интересной трассе, – сообщил он, намазывая круассан маслом. – Я нашёл прекрасное место, где мало людей. Хочу побыть с тобой наедине.

– Хорошо, – кивнула я. – Просто прекрасно.

Через час мы уже ехали на подъёмнике к вершине. Рядом с нами устроились ещё двое туристов. Я нервно держалась за поручни – меня пугал предстоящий непростой разговор. Муж сидел рядом, что-то печатая в телефоне.

– Срочное сообщение? – спросила я, стараясь придать голосу небрежность.

– Рабочее, – коротко ответил он, не поднимая глаз.

На экране я мельком увидела имя "Вика" и сердечко рядом. В центре моей груди тут же разлилось смятение и острая боль предательства.