Он глубже запрятался в воду и с ужасом смотрел, как самураи подняли обезглавленное тело на ставень и унесли его.
В темноте Муненобу сначала не был уверен, что это принц. Солдаты прошли… что-то выпало из платья покойника и покатилось к нему.
Месяц, выдавший принца, смущенно светил. Муненобу узнал любимую флейту принца, совсем близко от себя. Флейта, на которой принц так прекрасно играл… Флейта, которую он любил. Его охватил ужас. Значит, сомнения не было. Обезглавленное тело принадлежало принцу.
Муненобу хотелось выбежать и броситься к телу, чтобы просить
прощения за то, что он сделал. Он выдал молочного брата из зависти, а теперь страх удерживал его на месте. Ноги его дрожали, ему было трудно дышать, он не мог выйти из пруда, как бы это ни было позорно.
Он пролежал в черной воде всю ночь, прислушиваясь, как солдаты чинят мост. На заре он услышал громкие приказы войску, уходившему в Киото. Он вышел из пруда, все суставы и мышцы сильно болели. Двигаясь как марионетка, он поднял флейту и стал ее рассматривать с усиливавшимся чувством горя и жалости. Смятый внезапным приступом стыда, он судорожно швырнул флейту далеко в пруд, как будто она была заражена какой-то ужасной болезнью.
Потом он, мокрый, унылый, много часов просидел в нарядном саду Бюодо-ин и плакал о принце, безвинном существе, увлеченном только музыкой и каллиграфией, погибшем из-за глупого честолюбия. И плакал он о себе, трусе, слишком слабом, чтобы умереть как мужчина, вместе с защитниками Бюодо-ин.
ГЛАВА 53
В лучах рассвета Йоши карабкался вверх по горе, преследуемый целой армией. Солдаты, пробивавшиеся вперед, обращали в бегство лисиц, зайцев, оленей, птиц. Лошади, покрытые броней, не могли подниматься по крутым склонам, так что самураи шли
пешком и ругали трудный подъем. Некоторые благоразумно сняли броню; но большинство было обременено стальным или кожаным снаряжением. Несмотря на трудности, самураи продвигались вперед. У Йоши при подъеме стала пульсировать его старая рана в бедре. Сказались и падение с лошади, и целые сутки сражения, и бегство. С каждой минутой он двигался медленнее.
Утреннее солнце поднималось выше. Для весны это был знойный день. С листьев испарялась роса, становилось жарко. Йоши слышал, как его преследователи окружали его. Впереди, на притоке реки Кизу-Гама, он увидел водопад. В отчаянии Йоши стал взбираться к нему вдоль берега реки.
На фоне темной глины берега виднелись красные ягоды, и в приятной тени сосновых рощ утреннюю жару было легче переносить. Водопад оказался высотой в двадцать футов. Йоши был не в состоянии идти дальше. Он втиснулся в нишу в скалистой стене позади водопада, где, как он надеялся, его не увидят. Крики врагов перекрывали шум воды, затем они ослабели.






