ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Провокатор, Автор - Валяев Сергей, , Жанр - Прочие Детективы, Детективы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Провокатор Валяев Сергей Провокатор, Автор - Валяев Сергей, , Жанр - Прочие Детективы, Детективы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Сергей Валяев Провокатор роман-триптих I ДИКТАТОР Беги, мой друг, в свое одиночество. Я вижу: тебя ужалили ядовитые мухи. Ты жил слишком близко с ними, низкими. Беги от их мести. Крови хотят они от тебя, крови жаждут их бескровные души. Беги от них туда, где свежий воздух! Ф. Ницше выстрел точно подзатыльник. И он упал, но еще жил. Жил? И быть может, поэтому так счастливо сучил ногами по тяжелому полу камеры следственного изолятора, агонизируя в бурлящей эмбриональной сперматозоидной волне. Дзинь-дзинь-дзинь! Требовательный звук телефона бросает мою руку к трубке. Твою мать, говорю я ей, эбонитовой, однако прислоняю к лепестку уха: – Да? И слышу желчный бесполый голос: – Это Александров? – Я, - тихо, с ненавистью отвечаю, потому что знаю, кто задает вопрос. – А это Ильина-Бланк, - жеманничая, сообщают мне. – У вас душа не болит, молодой человек? – Как? – Вы не платите за квартиру уже девятый месяц. Нехорошо. Уплата квартплаты есть... Телефон есть благо для всего человечества, однако как часто благо выходит нам боком, рассуждаю я, эта жизнестойкая сатрапка из РЭУ, вероятно, готова разорвать мою грудную клетку, чтобы добраться до святая святых кошелька. Телефон есть мука для всего чел

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Именно на почве такой психологии и появляются эгоизм и мещанство, накопительство, равнодушие к заботам и делам народа, возникают чудовищные преступления. Но будем снисходительны, товарищи, подсудимый полностью осознал содеянное, и мы, руководствуясь самой гуманной в мире социалистической законностью...

М. смотрел на сцену и чувствовал в заслуженной груди сердце, оно было перетопленное страхом, болью, ненавистью, любовью, надеждами, верой, хотя

уже с трудом перекачивало старческую чернильную кровь, и эта его недобросовестная работа напоминала о времени.

И поэтому он рявкнул:

– Я жду, чер-р-рт!!!

А по проходу спешил лавсановый, лакействующий человечек, у режиссерского столика лекально изогнул позвоночник:

– Желаете папироску-с?

– К черту! Я ж бросил! Вчера вечером.

– Извиняюсь!

– Стоп! Черт с ним! Давайте.

– Пожалуйте, - улыбнулся человечек.

– Не желаете ли знать, кто на вас?..

– Что?

– Доносец написал-с?

– Да? Любопытно-любопытно.

– М. закуривает от протянутой чужой спичины.

– Дело поэта правильно разложить хворост в костер, а огонь должен упасть с неба...

– Что-с?

– У человечка была благоприобретенная усердием плешь.

– Так говорит мой друг... поэт. А если костер не разгорается, то это значит, что костер плохо разложен, либо - а это тоже случается - небо закрыто облаками... Поэты... они любят эдак...

– Понимаю-понимаю, аллегория!

– хихикает человечек.

– А мы люди маленькие. У нас все в соответствии, так сказать, блюдем интересы государства... трудящихся.

– Роется в кожаной папке.

– У нас тут все: кто, что, как, почему, с кем, на кого...

– Ну-ка! Дайте!

– Ни-ни! Не имею на это права. Чрезвычайно секретно. Чрезвычайно. Только могу сказать конфиденциально.

Кто?

– Да?

– Да-с!

– Ах ты, сучье племя!

– М. мертвой хваткой цапает спазматического человечка за шиворот и тащит к двери.

– Иуду ищете? А его не надо искать! Он у каждого из нас в кишках!

– Выталкивает врага, задергивает портьеру. И чтобы духу не было!..

Возвращается к столику и не видит, как из-за других портьер выскальзывают... скользят, как тени... тени...

Однажды моя жена О. Александрова опубликовала статью о молодой добропорядочной женщине, которую арестовали наши доблестные милиционеры. За что? Она им показалась пьяной. И ее забрали в медвытрезвитель. Там ее все работники поимели, как гражданку, не уважающую законность: поимели анально-орально-вагинально. Поскольку женщина была не только красива, но и попыталась оказать сопротивление, укусив прапорщика Дыменко за его лично-каучуковую дубинку.

– Ну как?

– поинтересовалась О. Александрова после того, как я прочитал статью.

– Я бы не хотел, дорогая, чтобы ты оказалась на месте этой женщины, отвечал.

– Ты меня защитишь!

– Я?

– Ты!

– Увы, родная.

– Почему же меня не защитишь?

– Боюсь.

– Что?

– Всего боюсь. Телефонного звонка.