А теперь наклоните голову, чтобы коснуться подбородком треугольника, и смотрите на отверстия в стержне. Попробуйте сконцентрировать все внимание на звездах, они все должны быть видны через отверстия и представлять вместе полосу или точку.
Я нагнулся, встал на колени и сделал так, как профессор сказал.
— Вы не думаете, что будет лучше вам самим все это проделать? — спросил я профессора.
— Нет, я слишком много знаю о волшебстве джиннов и потому уязвим для колдовской силы. Эти ночные часы подобны стереоусилителю: если перенагрузить их, они срываются и дают зашкаливающий удар. А удар астрологического напряжения — это сами знаете что такое.
Я кашлянул.
— Спасибо, что предупредили…
Крики у Зимнего Порта становились все, громче и истошнее. Я прильнул к постаменту часов и стал
разглядывать гравюры птиц и животных, затем осмотрел дырочки в стержне, пытаясь сконцентрироваться на мысли о том, как необходимо сейчас же уничтожить джинна, который с каждой минутой становился все опаснее.
Постепенно выгравированные линии на постаменте часов начали флюоресцировать сильнее и ярче, и я, чувствовал своими ладонями, что камень начал мелко трястись.
— А теперь, — сказал профессор Кволт, — встаньте на колени и совместите отверстия на стержне с проекцией башни.
Я выпрямился на коленях и сконцентрировал свой взор на отверстиях в указателе. Они медленно слились у меня в одну дырку, через которую я видел готическую башню Зимнего Порта. В окнах, освещенных мерцающим светом, шевелились тени, не поддающиеся никакому описанию. Я не знал, что это могло быть, да и вообще мне было все равно. Я направил все внимание и мысли на уничтожение джинна. В какой-то момент в окне появилась тень не то большого клюва, не то огромного когтя, но я пытала думать только об уничтожении джинна и ни о чем больше.
Ночные часы светили все ярче и тряслись все сильнее, но почему-то я чувствовал, что в них все равно нет нужной энергии. Я повернулся к профессору и крикнул:
— Часы не работают! Они слишком слабы!
Профессор Кволт подошел и встал возле меня на колени.
— Вы должны позвать кого-нибудь на помощь! — кричал он. — Джинна надо скорее вернуть обратно в кувшин! Нужен или сам Али-Баба, или кто-нибудь другой, но такой же силы и волшебного уменья.
— Вы с ума сошли? —
сказал я. — Али-Баба?
— Да кто угодно!
— Я не знаю никаких волшебников!
Профессор пожал плечами. А над лужайкой разносились крики мисс Джонсон, переходившие в пронзительные вопли.
— Ну, хотя бы и Али-Баба! — крикнул профессор Кволт. — Это не так страшно!
Я кивнул и послушно сконцентрировал внимание на дырках в стержне ночных часов. Только поймав в них сфокусированное изображение Зимнего Порта, я тут же начал взывать к имени Али-Бабы, заорав что есть мочи.
— Громче! — сказал профессор.






