ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Стажеры, Автор - Стругацкие Аркадий и Борис, , Жанр - Социально-философская фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Стажеры Стругацкие Аркадий и Борис Стажеры, Автор - Стругацкие Аркадий и Борис, , Жанр - Социально-философская фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Стругацкий Борис & Аркадий Стажёры Аркадий СТРУГАЦКИЙ Борис СТРУГАЦКИЙ СТАЖЕРЫ ПРОЛОГ Подкатил громадный красно-белый автобус. Отлетающих пригласили садиться. – Что ж, ступайте, - сказал Дауге. Быков проворчал: – Успеем. Пока они все усядутся... Он исподлобья смотрел, как пассажиры один за другим неторопливо поднимаются в автобус. Пассажиров было человек сто. – Это минут на пятнадцать, не меньше, - солидно заметил Гриша. Быков строго посмотрел на него. – Застегни рубашку, - сказал он. – Пап, жарко, - сказал Гриша. – Застегни рубашку, - повторил Быков. – Не ходи расхлюстанный. – Не бери пример с меня, - сказал Юрковский. – Мне можно, а тебе еще нельзя. Дауге взглянул на него и отвел глаза. Не хотелось смотреть на Юрковского - на его уверенное рыхловатое лицо с брюзгливо отвисшей нижней губой, на тяжелый портфель с монограммой, на роскошный костюм из редкостного стереосинтетика. Лучше уж было глядеть в высокое прозрачное небо, чистое, синее, без единого облачка, даже птиц - над аэродромом их разгоняли ультразвуковыми сиренами. Быков-младший под внимательным взглядом Быкова-старшего застегивал воротник. Юрковский томно ска

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Феликс кивнул.

– Это я, - сказал он.

Он вдруг остановился, присел на корточки и стал что-то разглядывать.

– Вот, - сказал он.

– Посмотрите, Наташа.

Наташа наклонилась. Из трещины в цементе свисал толстый стебель колючки с крошечным цветком на конце.

– Какая прелесть!

– сказала она.

– А я и не знала, что колючка цветет. Красиво как - красное с синим...

– Колючка дает цветок очень редко, - медленно сказал Феликс. Известно, что она цветет раз в пять марсианских лет.

– Нам повезло, - сказала Наташа.

– Каждый раз, когда цветок осыпается, на его место выступает новый побег, а там, где был цветок, остается блестящее колечко. Такое вот, видите?

– Интересно, - сказала Наташа.

– Значит, можно подсчитать, сколько колючке лет... Раз... Два... Три... Четыре...

Она остановилась и посмотрела на Феликса.

– Тут восемь ободков, - сказала она неуверенно.

– Да, - сказал Феликс.

– Восемь. Цветок - девятый. Этой трещине в цементе восемьдесят земных лет.

– Не понимаю, - сказала Наташа и

вдруг поняла.

– Значит, это не наша база?

– сказала она шепотом.

– Не наша, - сказал Феликс и выпрямился.

– Вы об этом знали!

– сказала Наташа.

– Да, мы об этом знаем, - сказал Феликс.

– Это здание строили не люди. Это не цемент. Это не просто холм. И пиявки не зря нападают на двуногих прямостоящих.

Наташа несколько секунд глядела на него, а затем повернулась и закричала во весь голос:

– Товарищи! Сюда! Скорее! Все сюда! Смотрите! Смотрите, что здесь есть! Сюда!

Кабинет директора системы Теплый Сырт был набит до отказа. Директор вытирал лысину платком и ошалело мотал головой. Ареолог Ливанов, утратив сдержанность и корректность, орал, надсаживаясь, стараясь перекрыть шум:

– Это просто уму непостижимо! Теплый Сырт существует шесть лет. За шесть лет не разобрались, что здесь наше и что не наше. Никому и в голову не пришло поинтересоваться Старой Базой!..

– А что там интересоваться!

– кричал Азизбеков.

– Я двадцать раз проезжал мимо. Развалины как развалины. Разве мало развалин оставили после себя первопоселенцы?

– А я там был года два назад! Смотрю, валяется ржавая гусеница от краулера. Посмотрел и поехал дальше.

– А сейчас она там валяется?

– Да что там говорить? Посередине Базы стоит с незапамятных времен тригонометрический знак. Тоже, может быть, марсиане ставили?

– Следопыты просто опозорились, срам на них смотреть!

– Ну почему? Это они же и открыли!

Начальник

группы Следопытов Опанасенко, прибывший всего несколько минут назад, огромный, широкий, ухмыляющийся, обмахивался сложенной картой и что-то говорил директору. Директор мотал головой.

К столу пробирался, наступая всем на ноги, Пучко. Борода у него была взъерошенная, очки он держал высоко над головой.

– Потому что в системе творится тихий бедлам!

– фальцетом закричал он.